Я резко отстранилась от Дмитрия, и он удивленно посмотрел на меня.
– Что с тобой?
– Все это ненастоящее. Уловка. Ты по-прежнему стригой. Мы не можем быть вместе… тем более здесь, среди мороев.
– Конечно можем. – В его карих глазах светилась боль, разрывающая мне сердце. – Разве ты не хочешь быть со мной?
– Я должна вернуться к Лиссе…
– Забудь о ней. – Он снова подошел ко мне. – Забудь обо всем. Оставайся здесь, со мной, и у нас будет все, чего мы хотели, Роза. Вместе просыпаться по утрам, вместе проживать свои дни.
– Нет.
Я попятилась, понимая, что, если не сделаю этого, он снова поцелует меня и тогда я пропала. А ведь я нужна Лиссе. Лисса в ловушке. С каждым мгновением все больше деталей относительно Эйвери всплывало в памяти. Все вокруг – просто иллюзия.
– Роза? – В его голосе звучала боль. – Что ты делаешь?
– Мне очень жаль. – Я чувствовала, что вот-вот расплачусь, но должна была вернуться к Лиссе. – Все это ненастоящее. Ты мертв. Мы с тобой никогда не будем вместе, но ей я еще могу помочь.
– Ты любишь ее сильнее, чем меня?
Лисса задала мне почти тот же вопрос, когда я уходила, отправляясь искать Дмитрия.
– Я люблю вас обоих.
И с этими словами я призвала всю силу воли, чтобы вырваться из ожившей мечты и вернуться к Лиссе, где бы они ни была. Если честно, я могла бы всю оставшуюся жизнь провести в этом воображаемом доме, каждое утро просыпаясь вместе с Дмитрием, как он и сказал. Но… это было бы слишком легко, а если я и научилась чему, так тому, что реальная жизнь легкой не бывает.
"Мои тяжкие, мучительные усилия не пропали даром – внезапно я снова вернулась в комнату в Академии. Эйвери стояла, испепеляя меня и Лиссу взглядом. Я поняла, что она сделала – вытащила воспоминания, которые сильнее всего терзали меня, и попыталась заморочить мне голову, отвлечь от Лиссы с помощью иллюзии того, чего я хотела больше всего на свете. Я вырвалась из ловушки Эйвери и была очень довольна этим – несмотря на боль в сердце. Жаль, что я не могла напрямую контактировать с ней; уж я сказала бы все, что думаю о ней и ее игре.
Эйвери заметно вспотела, и когда она осознала, что проиграла в психическом «перетягивании каната», ее хорошенькое личико стало отталкивающим.
– Прекрасно, – заявила она. – Есть более легкий способ убить тебя.
Внезапно в комнату вошел Рид с обычным враждебным видом.