– Возникает вопрос: что ты здесь делаешь?"
"– Нет. – Улыбка стала шире. – Вопрос ставится иначе: что ты здесь делаешь?
Я сделала жест в сторону дома Беликовых.
– Я приехала на похороны.
– Ты не по этой причине появилась в России.
– Я приехала в Россию, чтобы рассказать Беликовым, что Дмитрий мертв, поскольку никто больше не потрудился сделать это.
Это было удобное объяснение моего появления здесь, однако под пристальным взглядом Эйба по спине побежали мурашки. Как и Ева, та безумная старая женщина, он не верил мне, и я остро ощутила, насколько он опасен, несмотря на свою ярмарочную внешность.
Эйб покачал головой, улыбка полностью исчезла.
– Это тоже не подлинная причина. Не лги мне, девочка.
Я мгновенно взъерепенилась.
– А ты не допрашивай меня, старикан. Разве что ты готов рассказать, зачем ты и твои дружки рискнули проехать по ночной дороге, чтобы спасти Сидни и меня.
Дампиры Эйба напряглись, услышав слово «старикан», но, к моему удивлению, он снова улыбнулся – хотя эта улыбка не затронула его глаз.
– Может, я просто выручил вас.
– Вряд ли – судя по тому, что я слышала. Ведь это ты заставил алхимиков послать Сидни со мной.
– Да? – Он дугой выгнул бровь. – Это она рассказала тебе? Ммм… Не следовало ей так поступать. Ее начальству это не понравится. Совсем не понравится.
Проклятье! Снова я брякнула, не подумав. Мне не хотелось причинять Сидни неприятности. Если Эйб действительно в некотором роде «крестный отец» мороев – как она его называла? Змей? – не сомневаюсь, он способен воздействовать на алхимиков с той целью, чтобы они еще больше осложнили Сидни жизнь.
– Я вынудила ее рассказать мне все, – соврала я. – Угрожала ей в поезде. Это было нетрудно – она и так до смерти боялась меня.
– Не сомневаюсь. Они все боятся нас, связанные вековыми традициями и укрывающиеся за своими крестами, которые должны защитить их – несмотря на дары, полученные с помощью татуировок. Во многих отношениях они похожи на вас, дампиров, – за исключением репродуктивных проблем.
Выдавая эту тираду, он смотрел на звезды, как какой-нибудь философ, размышляющий над тайнами Вселенной. Почему-то это меня еще больше разозлило. Он говорил в шутку, а ведь, совершенно очевидно, имел определенный план в отношении меня. Не люблю оказываться частью плана, составленного у меня за спиной, – в особенности когда понятия не имею, что это за план.
– Да, да, уверена, мы можем всю ночь обсуждать алхимиков и то, как ты контролируешь их, – взорвалась я.