Оба казались просто симпатичными, совершенно ординарными людьми. Не знай я того, что мне было известно, я ничего не заподозрила бы. Оксана не выглядела ни подавленной, ни беспокойной. В Марке не ощущалась отвратительная тьма, которая временами просачивалась из Лиссы в меня.
Желудок радовался еде, и остатки головной боли рассеялись. В какой-то момент, однако, меня охватило странное ощущение. Временная потеря ориентации, что-то вроде щекотки в голове, волна сначала жара, потом холода. Ощущение исчезло так же быстро, как и появилось; я понадеялась, что это остаточное воздействие дьявольской водки.
Когда с едой было покончено, я вызвалась помочь, но Оксана покачала головой.
– Нет, не нужно. Ты должна пойти с Марком.
– Что?
Он вытер рот салфеткой и встал.
– Да. Давай выйдем в сад.
Я двинулась к выходу, но потом остановилась и оглянулась на Еву, ожидая, что она выбранит меня за оставленные грязные тарелки. На ее лице, однако, не было выражения самодовольства или осуждения; оно выглядело… понимающим, почти исполненным надежды.
Сад оказался гораздо больше, чем я ожидала. Его окружала густая зеленая изгородь и ряды деревьев. Большинство кустов и цветов уже цвели, здесь и там из земли пробивались зеленые ростки. Прекрасный сад; интересно, приложила ли к нему руку Оксана? Лисса с помощью духа могла заставить растения расти. Марк указал в сторону каменной скамьи. Мы уселись на нее бок о бок, и воцарилась тишина.
– Ну, – заговорил он наконец, – что бы ты хотела узнать?
– Ничего себе! Вы даром времени не теряете.
– Не вижу смысла в этом. У тебя наверняка множество вопросов. Постараюсь как можно точнее ответить на них.
– Как вы узнали, – спросила я, – что я тоже «поцелованная тьмой»? Вы ведь это знаете.
Он кивнул.
– Ева сказала нам.
Вот это сюрприз!
– Ева?
– Она может чувствовать то, что другие не могут. Правда, она не всегда понимает, что именно чувствует. Она знала лишь, что от тебя исходит странное ощущение, которое она испытывала рядом только с одним человеком.
– Наверно, можно было сделать это без того, чтобы я тащила все это барахло.
Он рассмеялся.
– Тут нет ничего личного. Она проверяла тебя. Хотела убедиться, что ты подходящая пара для ее внука.
– Какой в этом смысл? Он же мертв.
Я чуть не задохнулась, произнося эти слова.
– Все так, но для нее это по-прежнему важно. И между прочим, она считает, что ты ему подходишь.