Она попятилась назад, ожидая, что они снова соберутся вместе, как это сделала женщина-манекен. Но они были всего лишь обломками, инертными и неживыми. Выглядело так, словно кто-то выбросил поломанные игрушки из кукольного магазина.
Видишь? Они не могут быть живыми, лишь дерево и воск, стальные стержни и мешковина, пластик и папье-маше, клей и резиновые шланги и шестерни... разве ты не видишь? Ты что, блядь, не понимаешь?
Она покачала головой, потому что чертовски хорошо знала, что это не так. Может быть, теперь они были грудой обломков.
Так что, может быть, сейчас они и были всего лишь частями тела, но это могло измениться в мгновение ока.
Стараясь не заплакать, стараясь не поддаться безумию, её трясло до тех пор, пока не она упала на задницу, тяжело дыша и всхлипывая. Её лицо было исцарапано, руки искусаны, рубашка разорвана острыми маленькими пальцами.
Они были реальны и в то же время нет.
Немного успокоившись, она села, пытаясь придумать как добраться до безопасного места.
- Просто возьми себя в руки, - сказала она себе очень успокаивающим и почти материнским голосом.
Рамона так и сделала. Она поднялась на ноги, и голова у неё не закружилась. Встревожена, да, но уже переборола бешеный страх внутри себя. Она напрягла мышцы и постаралась избавиться от боли в шее. Она была готова. Боже, да, она была готова, как никогда.
И это было хорошо.
Потому что кукольные части начали двигаться.
16
Цок-цок, цок-цок, цок-цок.
Чазз увидел силуэт огромной твари с множеством ног.
Но, конечно, это был не паук.
В Стоксе было много ужасов, но гигантских паукообразных среди них не было. В лунном свете, заливавшем лестницу, он видел ноги ... казалось, десятки ног манекенов спускались к нему. На самом деле их было так много, что они не только стояли на ступенях, но и стучали по стенам лестницы, а некоторые даже скользили вниз по перилам.
Вот что он увидел.