Она была одета в какой-то заплесневелый халат или сорочку, потрепанную чёрную тряпку, больше напоминающую вороньи перья.
- Хорошие мальчики будут вознаграждены, - сказала она, её голос эхом отдавался в его голове. - Плохие мальчики будут наказаны.
Она сделала несколько шагов в его сторону, потом ещё несколько. ""Тук-тук, тук-тук, тук-тук"", - постукивал её колышек. Она шагнула прямо в лунный свет, и он по-настоящему рассмотрел её лицо, глубокие морщины, разрезы и швы, обесцвеченные десны и жёлтые зубы-иголки, губы, похожие на сухую луковую шелуху.
Ты хочешь увидеть своих друзей? – раздался голос Одноногой Леди в его голове, зная, что именно этого он хочет больше всего. - Да? Ну, есть только один способ найти их, и это я. Я могу отвести тебя к ним. Всё, что тебе нужно сделать, это взять меня за руку, и я уведу тебя от страха к свету.
Его собственный голос в голове сказал ему, что, либо он придёт в себя и придёт очень быстро, либо возьмёт её за руку и погрузился глубже в трясину этого кошмара, пока лёгкие не наполнятся чёрным илом, а сердце чёрным ужасом, и он не утонет, как кирпич. Это был решающий момент.
Одноногая Леди протянула ему руку ладонью вверх.
Он встал.
Он знал, что будет делать.
Он собирался отбросить этот грёбаный манекен и убраться отсюда к чёртовой матери. Таково было его намерение. Поэтому он сильно удивился, когда протянул руку и сжал её резиновую ладонь, почувствовав, как её извивающиеся пальцы обвили его кисть, как щупальца, которые никогда не отпустят.
Он закричал в последнем приступе отчаяния.
Но было уже слишком поздно.
Слишком поздно.
29
Кукольные люди приближались.
Не один или два, а целые толпы, притягиваемые со всех сторон, как металлические опилки к магниту. И этим магнитом был их дом. Су-Ли, Крип и Лекс смотрели, как они приближаются, ковыляя, шатаясь и еле плетясь, но никогда не сворачивая с намеченного пути.
""Мы утонем в них"", - подумал Крип. Их так много, что мы будем похоронены в них заживо.
- Нам лучше вернуться в дом, - сказал Лекс. “Это похоже на осаду.