– Вы, вероятно, думаете, что я не сумею сделать этого, так как не говорю по-русски. Ошибаетесь. Я найду способ, – все это было сказано скорее для самоуспокоения, чем для устрашения неизвестного за дверью."
"Послышался собачий лай. Щелкнул замок, Майкл сопя припал к дверному «глазку». Из квартиры напротив вышел мужчина с толстым боксером на поводке. Последовал звук двигающегося лифта. Собака еще раз гавкнула, мужчина произнес несколько слов по-русски. Грохнула дверь лифта, и Майклу показалось, что мужчине ответил женский голос.
На всякий случай он подошел к кухонному окну, которое выходило во двор. В ярком фонарном свете Майкл разглядел мужчину с собакой и высокую женщину в темном пальто. Она вышла из подъезда вместе с мужчиной и направилась в противоположную сторону.
Когда Регина услышала из-за двери английскую речь, она нервно усмехнулась. Она представила себе, какой получился бы конфуз, если бы она все-таки вошла в квартиру со своим пистолетом, но вместо Полянской обнаружила бы там пожилого американца.
«Нью-Йоркец, с высшим образованием», – механически отметила она про себя, слушая испуганные обещания вызвать полицию и осторожно вытаскивая отмычку из замка. Она едва успела убрать руку со связкой отмычек в карман пальто и шагнуть к лифту.
Она вызвала лифт. Боксер дернул поводок, оскалился и гавкнул. Регина вздрогнула.
– Гарри, нельзя! – прикрикнул на пса хозяин. – Не боитесь, он не кусается, – обратился он к Регине, вежливо пропуская ее вперед.
– А я и не боюсь, – ответила она и попыталась улыбнуться.
В лифте было зеркало, и собственная улыбка показалась Регине натянутой, какой-то резиновой.
«Надо взять себя в руки, – думала она, – да, у меня опять ничего не вышло.