Во всем остальном, подобно матери, она была наспех отесана и брошена пьяным скульптором как неудачная заготовка.
— Я тоже фочу нафтыкать эту хрень в стену, — сказала она.
— Нав-втыкай. — Илюша насыпал ей в ладонь несколько цветных кубиков.
Короткими пальчиками с кургузыми ногтями, покрытыми черным лаком, она погрузила в цемент три ярких фрагмента.
— Блин, клево! — Фаина по-детски затопала ножками. — Знаешь, завтра мама шопиться уезжает на весь день, давай повефелимся?"
"— З-значит, так, — сказал он, — мне надо пом-мыться в нормальных ус-словиях.
— Правда? — Голубые щелочки Фаины засветились: — Все будет по высфему разряду. Только зря от фекфа отказываешься, я много чего умею.
— Д-даже боюсь п-представить, — ответил Илюша.
На следующий день, когда Фаина Ивановна на своей «ауди» с демоническим гулом мотора покинула коттеджный поселок, Илья наконец встал под горячий душ.
— От-тставить, — скомандовал Илюша тоном прапора Курбатова, — будешь лишена права д-делать мас-саж.
Фаина вздохнула и снова зачехлилась в майку.
Илюша намазал себя шалфеевым маслом со столика и лег на хозяйскую кровать вниз животом.
— В-вот в чем т-твое призвание, — стонал он от удовольствия, — руки ч-что надо!
Фаина легла на его спину и дотянулась губами до белых локонов на шее. В этот момент из-за стены раздался грохот и странный, обдающий мурашками звериный вой, будто доктор Моро без наркоза резал живую пантеру. Илюша вскочил, массажная прелюдия оборвалась, едва начавшись.