Я уже успела узнать, что на этот пост ставят с благоволения сразу двух этих инстанций.
— Вот и я о том же. — Отец, на висках которого уже пробилась седина, смотрел на меня с беспокойством. — Не скрою, я рад его помощи, но боюсь за тебя, дочка.
Такая неожиданная забота заставила меня растеряться. Похоже, этот мужчина искренне любил Анну, хоть и не умел этого показать. По крайней мере раньше дочери очень не хватало его внимания. Мать Анны умерла, когда девочке было четыре, а через год отец женился снова.
Прежняя Анна не любила мачеху, хотя та ее и не гнобила, но равнодушие иногда ранит больше попреков. А ведь маленькой девочке так хотелось материнского тепла. Только я не могла осуждать за это графиню. Насколько я знала, ей самой на момент замужества только исполнилось восемнадцать.
Мать Анне заменила другая женщина — ее нянюшка, которая служила еще при прежней графине. Когда я вернулась из монастыря, старушка расплакалась и долго не могла унять слез. А у меня в груди защемило. Обманывать всех остальных мне было не зазорно, а ее стыдно. Но все же я решила, что лучше буду о ней заботиться и помогать, чем расскажу, что ее Анны больше нет.
— Ты очень похожа на мать, — взял мою руку в ладони отец. — И чем старше становишься, тем больше на нее похожа.
Я не знала, как реагировать на такие откровения, и просто смущенно улыбалась, чувствуя себя лгуньей, но ничего сделать не могла.
— Все будет хорошо, отец, — наконец выдавила я.
— Да, конечно. — Казалось, он устыдился своего порыва, отпустил мою руку и встал. — Завтра утром к нам приедет портниха.
— А чем плох старый? Неужели за полгода в моде что-то сильно изменилось? — удивилась я.
— Нет, но после твоего пребывания в монастыре стоит выбрать более скромные фасоны. Иначе в обществе не поймут.
— Ах да, — кивнула я, припоминая, что сейчас в моде довольно откровенные декольте. А мне нужно показать, что я раскаялась в своем неподобающем поведении и теперь буду блюсти свою девичью честь почище самой строгой матроны.