— В то время я ещё не был послом, а вы, ваша светлость, были слишком юны, но я уже тогда был восхищен вашими знанием нидарийского, — перехватывает инициативу посол, широко улыбаясь и произнося слова с заметным акцентом. — Рад снова видеть вас, юная леди. Soit vemare tanno diviore, souvii voite.
Что?
Глава 22. Нидарийцы
Демон сильнее сжимает мою ладонь и я бросаю на него короткий взгляд. Он не смотрит на меня, но едва заметно улыбается и кивает так, словно за что-то благодарит.
— Лаянно, дио Интар Ниэтт, — мой голос с трудом скрывает дрожь, но я прячу страх и растерянность за широкой улыбкой.
В голове проносится море мыслей, затапливая сознание вопросами, на которые мне бы не хотелось знать ответ.
— Kse mo le beere lowo re lati jo, Oore-fe? — продолжает мою маленькую пытку посол.
Горячие пальцы мягко, но настойчиво поглаживают мои. Короткий взгляд на демона и его едва заметный кивок согласия.
— Ami, — почти выдыхаю.
— Ni akoro miiraan timo wa pilu baba mi ati ugboon mi, boya o ranti eeyi, — посол посмеивается и ему вторят граф и дио Зейн-Малик, который, к слову, всё это время не спускает с меня внимательного взгляда.
Чтобы не выбиваться, поддерживаю общее веселье собственным тихим смехом.
— Niwon igba tia ba renti, inu mi dun late renti awon akowo yen leekansi, — демон отвечает послу, вероятно, поддерживая шутку, так как мужчины снова посмеиваются.
К нам подходят две молодые нидарийки. Они улыбаются и с любопытством рассматривают сначала меня, а затем графа.
Демон по очереди подносит их руки к губам, затем что-то говорит каждой, они отвечают ему и их улыбки при этом становятся ещё шире. Я же просто улыбаюсь и приветственно киваю.
Краем глаза замечаю, как к нам с самодовольным видом приближается канцлер. Только его здесь не хватало.
— Niipa ona, Mo ni ibaraenissoro patei kan! Duvhiess.
Демон поглаживает пальцы. Мой быстрый взгляд и его короткий смазанный кивок благодарности.
— Laianno, — выдыхаю с широкой улыбкой, догадываясь, что они сделали комплимент моему платью… или что-то вроде того.
— Mo aswan pelu re munasqa, ewon araben. Seluro ni yanju leti satewo ile seya Larita.