И тут инквизитор снова вспомнил Всевидящий Глаз, восседающий на каменном троне, вспомнил громовой голос, воскликнувший в ответ на его просьбу:
– Она будет твоей! Она будет в полной твоей власти!
Прежде чем принять новых доносчиков, брат Бернар вызвал к себе капитана ландскнехтов и приказал сей же час отправиться к городским воротам, схватить старуху, обитающую в лачуге, притулившейся к стене слева от ворот, и немедленно доставить ее к нему на допрос.
– И не вступать с ней в разговоры! – предупредил инквизитор капитана.
Капитан отправился исполнять приказ, но вернулся менее чем через час, весьма озадаченный.
Брат Бернар, который в это время записывал показания булочника Дроссельмайера против соседа-аптекаря, оторвался от допроса и строго взглянул на ландскнехта:
– Где же ведьма?
– Прошу меня простить, досточтимый брат инквизитор, – почтительно ответствовал воин, – но ее нет!
– Что, хитрая ведьма успела сбежать? – раздраженно спросил инквизитор. – Вы ее упустили?
– Осмелюсь доложить, мы ее не упустили.
– Что ты несешь? – переспросил инквизитор. – Видно, ты не понял моих указаний... ее лачуга расположена возле самой стены, слева от городских ворот!
– Там нет никакой лачуги, – упрямо ответил капитан.
– Я вижу, тебе нельзя поручить даже самое простое дело! – Рассерженный инквизитор оставил доносчика на своего секретаря, накинул плащ поверх сутаны, кликнул собаку и покинул дом, приказав ландскнехтам следовать за собой.
Быстрым шагом дошел он до городских ворот, повернул налево, туда, где накануне наткнулся на ведьмину хижину, – но там не было и следа человеческого жилья. Словно ищейка, брат Бернар метался вправо и влево, вглядывался в стену, в следы на земле – но ведьмино жилище отсутствовало. На его месте лежал только большой, заросший мхом камень.
Черный пес инквизитора уселся возле этого камня, запрокинул голову и жутко, протяжно завыл.
Брат Бернар опустился на колени перед камнем, вгляделся в него и различил кривые полустертые буквы:
«Гертруда»."
"– Здесь похоронена знахарка! – раздался рядом с ним звонкий детский голосок.
– Какая знахарка? – инквизитор поднял глаза и увидел рядом чумазую босую девочку лет пяти. – Какая знахарка, милое дитя? – повторил он вопрос, стараясь не напугать ребенка.