Переднее сиденье рядом с водителем тоже было занято – там сидел коренастый парень с бычьей шеей и бритым затылком. Он повернулся к Оксане и дурашливым голосом проговорил:
– Ку-ку!
Оксана попыталась выскочить из машины, но мрачный мужчина положил тяжелую руку ей на плечо и негромко процедил:
– Сидеть!
Сказано это было таким тоном, что Оксанина душа провалилась в пятки, в глазах потемнело, и она поняла, что неприятности для нее только начинаются.
«Ничего себе влипла! – подумала она. – И вроде, как умная Маша, пропустила первую машину, но это ничуть мне не помогло.
– Что вам от меня нужно? – пробормотала она, когда справилась со своим голосом.
Сосед ничего ей не ответил. Он повернулся к водителю и скомандовал:
– Пошел!
Машина сорвалась с места.
Оксана прикрыла глаза, вжалась в спинку сиденья и попросила неведомую высшую силу, чтобы все происходящее с ней оказалось сном и она проснулась у себя дома.
Но нет – открыв глаза, она увидела перед собой бритый затылок типичного «братка».
Что же это такое? Когда же это кончится? Сперва полиция, потом спецслужба, а теперь вот эти...
Новые похитители явно не относились к правоохранительным органам, уж больно криминальный у них вид.
Но им-то что от нее нужно?
Оксана повернулась к своему мрачному соседу и проговорила самым жалобным голосом, на какой была способна:
– Дяденька, вы меня, наверное, с кем-то перепутали! Отпустите меня, дяденька!"
"Он снова не удостоил ее ответом, и ни один мускул на его лице не дрогнул.
Машина свернула на Суворовский проспект, затем на одну из Советских улиц и въехала в арку двора.
Здесь она затормозила перед крыльцом, и Оксану вывели наружу.
Она растерянно огляделась. Двор, куда ее доставили, был аккуратно вымощен гранитной плиткой, в центре его стояла кованая скамейка, на которой сосредоточенно курили двое парней в одинаковых темных костюмах, тут и там виднелись медленно поворачивающиеся камеры видеонаблюдения.
Металлические ворота, через которые они только что въехали, закрылись, отгородив их от внешнего мира.
Мрачный тип схватил Оксану за локоть и втащил на крыльцо. Оксана едва держалась на ногах и, если бы мужчина не поддерживал ее, свалилась бы, как тряпичная кукла.
Дверь перед ней распахнулась, и ее втолкнули в просторный, ярко освещенный холл.
Прямо напротив входа стоял худощавый брюнет с черной щетиной на щеках. Доставивший Оксану мрачный тип обратился к нему:
– Вот она.