Разговор предстоит долгий.
Брюнет послушно удалился.
Мужчина в очках наклонился к Оксане и мягко, доверительно проговорил:
– Ты же видишь, что это за человек? Я тебе советую – лучше сразу скажи, где деньги, пока не поздно! Пока он не увлекся процессом... он ведь как акула – если почувствует запах крови, становится сам не свой... я сам его иногда боюсь!
– О каких деньгах вы говорите? – растерянно спросила Оксана. – Я ничего не понимаю...
– Зря ты так... – Мужчина вздохнул и развел руками. – Я тебе хотел помочь, но ты не понимаешь хорошего отношения.
Дверь снова открылась, вернулся брюнет с двумя стульями.
Оба мужчины сели напротив Оксаны. Очкастый глубоко вздохнул и снова спросил:
– Где деньги?
– Пожалуйста, объясните, о чем вы! – взмолилась Оксана. – Сначала меня допрашивали в полиции, потом в какой-то спецслужбе... Но они хотя бы объясняли, что им нужно, их интересовали подробности взрыва в поезде... ни о каких деньгах они не говорили...
Мужчины переглянулись.
– Спецслужба, говоришь.
– Шеф, я ей быстро язык развяжу! – Константин вскочил со стула, сунул руку в карман пиджака.
– Константин, я же тебя просил – не гони лошадей! – остановил его очкастый. – Ты слышал, что она сказала? Ее пасет спецслужба. Если она исчезнет – они будут землю рыть носом. Так что придется работать аккуратно...
– Я и аккуратно могу! – оживился Константин. – Обещаю, никаких следов не будет...
– Ну да, как тот раз, с этим курьером из Новочеркасска.
"– Ну, сколько можно мне об этом напоминать! – обиделся Константин. – Ну, тогда я увлекся...
Мужчина в позолоченных очках задумчиво потер переносицу, скользнул по лицу Оксаны равнодушным взглядом и мотнул головой:
– Константин, выйдем! Нужно поговорить!
Небритый брюнет злобно зыркнул на Оксану и вслед за шефом вышел из комнаты.
Едва дверь за ними закрылась, Оксана вскочила со стула, подкралась к вентиляционной решетке, встала на цыпочки и прислушалась.
Из-за решетки доносились приглушенные, но вполне различимые голоса, в которых она узнала голоса только что допрашивавших ее мужчин.
– Шеф, позвольте мне ее как следует прижать! – донесся из-за решетки хриплый голос Константина. – Я вам точно говорю – она через пять минут расколется!
– Костя, ты иногда головой думаешь или только кулаками? – оборвал его мягкий баритон очкастого. – Ты хоть слушал, что она говорила? Она под колпаком у Конторы.