На секунду прикрыв глаза, я снова оказался в несущейся в пропасть машине. И мой бедный раненый друг всё время стоял у меня перед глазами. Гнев снова поднимался во мне.
Мы с Тикаани согласовали наши действия без единого слова, только взглядами и жестами. И бросились в атаку.
Охотники и добыча
Мы напали оба одновременно, абсолютно согласованно, как танцоры, которых недавно показывали по телевизору. Я бросился вперёд. Огромным прыжком пересёк всё пространство, приземлился прямо на Шейлу и опрокинул её вместе со стулом так же легко, как полчаса назад бурундука.
– Вы вторглись сюда незаконно, – прошипела соратница Миллинга, во рту у неё взад-вперёд двигался раздвоенный язык, а на коже проглядывали змеиные узоры. – Для вас обоих это верная смерть.
– Да неужели? А я как-то и не заметил, что умер, – холодно ответил я. – Кстати, если вы вдруг решите превратиться – не советую. Я всё равно укушу быстрее.
Она гневно сверкнула глазами, но змеиные узоры исчезли. То-то же.
– Кто сейчас сюда придёт? – спросила Тикаани.
– Шеф, – торжествующе ответила оборотень-змея. – И он расправится с вами – моргнуть не успеете.
Эндрю Миллинг даже не поймёт, что мы здесь. Вернее, поймёт, но слишком поздно.
– Посторожишь? – попросил я Тикаани, а сам прошёлся по комнате, подыскивая подходящее место для засады. Балки под потолком – идеальный вариант. Я запрыгнул вверх и, балансируя, прошёл по балке, ставя одну лапу перед другой.
Когда Миллинг войдёт, он первым делом увидит лежащую на полу сотрудницу, которую сторожит рычащая белая волчица. И в эту секунду, пока он приходит в себя от неожиданности, я прыгну прямо ему на загривок. Холли на всякий случай спряталась как можно дальше наверху."
"Я сосредоточенно ждал, когда откроется дверь, зная, что предупредительных сигналов о приближении Миллинга не будет – не только я умел передвигаться бесшумно.
Я напал на него сзади и свалил на пол, а потом, особо не церемонясь, придавил всем своим весом. Изрыгая проклятия, он попытался встать и скинуть меня, но я царапнул ему клыками шею.