Этот звук я узнал сразу – ведь я ненавидел его всем сердцем. В дверь кто-то вошёл в зверином обличье, вернее – во втором зверином обличье. Уголком глаза я увидел крошечное чёрно-жёлтое существо и понял, что мы попали в очень опасную ситуацию. Это был проклятый мистер Гудфеллоу! Даже вдвоём с Тикаани нам с ним не справиться!"
"Потом всё произошло очень быстро. Меховая гора, показавшаяся мне величиной с автомобиль, налетела сбоку и снесла меня с Миллинга. Медведь рыча набросился на меня, а Миллинг тут же превратился в пуму.
Краем глаза я увидел, как Шейла ещё в человеческом облике нажала какую-то кнопку на пульте. Они хотят запереть нас здесь и разорвать в клочья!
И вот уже ножки поваленного стула обвивает гремучая змея.
Проклятие, я же хотел задать Миллингу трёпку и посадить его в тюрьму – а получилось, что ему досталась пара царапин, а мы оказались в ловушке!
Дверь захлопнулась не сразу.
Холли сидела на потолочной балке очень тихо, и Миллинг с приспешниками её не заметили. И теперь, раскинув лапки в стороны, с криком «Камикадзе!» она прыгнула гризли прямо на морду. На секунду он ослеп и растерялся – и мне удалось вырваться из его лап.
– Быстро! Уходим! – взвизгнула Холли и, совершив головокружительный прыжок, вылетела за дверь, которая закрылась уже на две трети.
Тикаани тоже рванула к двери.
– Караг, бежим! – закричала она и, у самого выхода оглянувшись на меня, потеряла время.
Всё! Не успела! Проклятая дверь закрылась, замок защёлкнулся.
Я в ужасе огляделся. Другого выхода не было. Мы в ловушке у Миллинга.
Осколки
Мы с Тикаани стояли, плотно прижавшись друг к другу, и рычанием и шипением держали наших противников на расстоянии. Миллинг в обличье большого сильного самца горного льва с торжествующим взглядом наступал на нас в сопровождении своих не менее опасных союзников.
– Дело дрянь, да? – злобно ухмыльнулся он. – А ты чего ждал, когда сюда ворвался? Думал, чайку попьём?
Я молчал. Есть ещё один выход. Наверняка будет очень больно, но у нас нет выбора.
– Да вроде того. – Я притворился, что меня парализовало от страха – и тут же, кинувшись в атаку, чувствительно двинул ему лапой. Отличный удар! Из глубоких ран на плече Миллинга потекла кровь, в глазах зажёгся гневный огонь.