Куда пойдет – не знала.
Ещё была мысль взять бутылку вина. Одинокая молодая девушка с бутылкой – это, наверное, пошло?
Аааа… У неё сегодня день пошлости. В конце концов, когда совершать глупости, как не в двадцать с хвостиком?
В холодильнике обнаружила початую бутылку. Это они с Влассом открыли по прибытию. Пусть будет она."
"Но, покрутив вино в руках, Юля всё же поставила бутылку на место. Нет. В своих мечтах и представлениях она видела себя на берегу моря непьяной – точно. Пусть другие сегодня пьют.
Прихватив сумку и проверив, на месте ли паспорт и карта, в последний раз посмотрела на себя в зеркало.
Красивая девочка с грустными глазами – вот кого она видела. Краситься не стала.
Она идет к морю, тут не требуется макияж.
Но очень скоро Юля поняла, что не рассчитала свои силы. Перелет и откровения Власса дали о себе знать.
Придя к морю, разулась. Всё, как и мечталось. Чтобы голыми пальчиками загребать песок. Или Власс говорил, или она где-то читала, что в Пафосе песок привозной. А может, она и тут заблуждается.
Ну и пусть… Сейчас не хотелось ни о чем думать.
Море ласково набегало на берег. Юля шла по самой кромке, иногда подмечая, что улыбается самой себе.
Всё не так плохо. Она на море, слушает прибой, наслаждается тишиной. Вдали слышались голоса, шум отдыхающего города. Но до оживленного гомона было далековато.
В какой-то момент Юля устала. Даже захотела опуститься на песок. Потом подумала, что не лучший вариант и огляделась.
К нему Юля и направилась. Знала точно – пляжи на Кипре муниципальные. То есть по факту ими могут пользоваться все. Конечно, бунгало принадлежит отелю, она не гость, и её наверняка сразу же попросят уйти. Она уйдет. Немного посидит во-о-н там, в самом дальнем, и пойдет назад.
Юля не рассчитала силы и здесь. Подъем оказался достаточно крутым. Босыми ногами несколько раз наступала на небольшие камушки.
Дух протеста и бунтарства рос в груди. Если отмотать время назад и проанализировать её поступки в тот вечер, то они подходили под определение «ищу приключения на задницу».
Подобное ей было необходимо. Юля вроде сознательно и не стремилась вляпаться в историю. С одной стороны, ей хотелось побыть одной. С другой, её словно кто-то толкал вперед.