Так же есть специально обученные люди, которые подчищают любую лишнюю информацию в прессе и особенно в сети. Я это говорю к тому, что максимум через неделю кто-то да заинтересуется Сережей и тобой. Сопоставят некоторые факты. Конечно, мы по возможности предотвратим атаку на вас. У вас будет круглосуточная охрана, но она не помешает особо пронырливым товарищам задаться некоторыми вопросами. Сейчас информация покупается и продается. И люди умеют анализировать то, что видят.
Вот теперь Юле стало по-настоящему дурно, и она сипло попросила:
– Можно мне ещё выпить?
Мужчина кивнул.
– И закуску, – Юля сглотнула ком в горле. – Пожалуйста.
– Пошли тогда на кухню.
Кухня в понимании Юли представляла собой небольшое помещение квадратов десять, хорошо, если пятнадцать, где уже можно развернуться двум женщинам. И небольшой стол для семейных обедов, непременно раскладывающийся, чтобы в случае прихода гостей его можно перенести в зал и разложить.
Комната, куда они пришли с Тарисовым, под определение «кухня» никак не подходила.
– А… родители? К ним тоже могут наведаться журналисты?
Юля боялась даже представить их реакцию. Её воображение нарисовало картину, где отцу в лицо суют микрофон, он выбивает его из рук журналистов, начинается неприятная перепалка. И на следующий день фотографии родителей появляются в желтой прессе.
Папку девушка до сих пор держала в руках.
– Присаживайся, Юля.
Она привыкла, что они с мамой хозяйничают на кухне. Ощущение дискомфорта усиливалось, пока она наблюдала за Тарисовым. Черт побери, он же председатель «Россбанка», он не может вот так запросто, по-обычному, по-простому подойди к нереально навороченному холодильнику, открыть его, достать нарезку, контейнер с фруктами и всё это поставить на стол, перед которым стояла Юля.
После чего вернуться к шкафам и достать уже другую бутылку с алкоголем.
Человек прекрасно ориентировался в доме. Кажется, такой пустяк, не правда ли? Все мы ориентируемся в собственных домах. Но Демьян Тарисов не простой человек. Сколько у него недвижимости? Много, очень много.
И он в каждом доме знает, где что лежит?
Ну нафиг, Юля не верила.