– Очень красивое, просто большое очень, – восторженно шептала девушка, – Я передумала.
– Ага, сейчас прям! – возмутился Егор и лично надел кольцо на палец любимой девушке. – Отказ я не приму.
– Да нет, я насчет гостей. Никому не откроем двери, – пообещала Мила и первой принялась целовать новоиспеченного жениха. Латыш, разумеется, не возражал.
Вот только молодые влюбленные не учли одного: их родня оказалась слишком нетерпеливой. К тому же при наличии запасного ключа любой замок перестает быть препятствием.
Когда квартира Милы Тахировой заполнилась гостями в лице родителей девушки, а также матери и отчима Латыша, Егор самозабвенно целовал свою невесту.
***
– Ты что-то хочешь там расслышать? – посмеивалась Мила, глядя на коротко стриженную макушку Егора.
Ухом и щекой он прижимался к ее животу. Уже был поздний вечер. Гости давно разошлись, наконец, оставив Милу и Егора наедине. И сейчас они обосновались в удобной постели, правда Егор ворчал, что его кровать у него в квартире больше, потому жить они должны именно там. Но это потом, после. Утром соберутся и переедут. А пока что Латыш просто хотел лежать вот так, обнимая свою любимую малышку.
– Нашего пацана.
– Не знаю, после будет видно, – ответила Милания.
– Знаешь, два месяца назад я смотреть боялся в твою сторону, и если бы ты не села в мою тачку, так бы и мотал сопли на кулак, – признался Латышев.
– Врешь ты все. Какие сопли? – рассмеялась Мила и погладила пальцами мужскую руку.
Вернее, ручищу. Егор был гигантом в сравнении с ней. Несгибаемой скалой, надежной и гранитной. Мила знала, что любимый всегда сумеет защитить ее.
– Самые обычные. Розовые. Романтичные, – хмыкнул Латыш. – У меня вообще вечный ступор появлялся в твоем присутствии. Слова сказать не мог.
– А сейчас уже можешь? – рассмеялась Мила и принялась гладить парня по широкой спине, плечам, шее. Ей вообще нравилось его гладить, изучать пальцами, ладонями, впитывать его жар. Она ведь вечно мерзла, а с ним – постоянно жарко и горячо.
– Сейчас ты вся моя, – говорил Егор, щекоча ее живот губами.