– Значит, из-за того, что она тут бесплатно живет, – пролепетала старшая Мухина, – никогда не появятся котята? Моя мечта не исполнится из-за лентяйки, приживалки? Вот я и пошла к ней в дом, понадеялась: вдруг правда увижу что-нибудь… Тебе расскажу, ты бабу выгонишь, мне кошечек купишь.
Ольга Гавриловна оперлась руками о подлокотники кресла.
– Дверь в дом была заперта, но у меня все ключи есть! Я открыла, пошла туда, куда мне подсказали… чулан… шкаф… приоткрыла… Федя! Я увидела тебя и Елену! В незнакомой спальне.
Пожилая дама закрыла лицо руками.
– Мне стало понятно: пока эта тварь жива, пока потаскуха в нашем доме… У меня никогда не появятся бенгальские кошечки! И я решила! Я все придумала! Да! Я!
Ольга Гавриловна резко выпрямилась.
– Я принесла Елене кусок торта, который, пока шла к столу, незаметно полила сильным антидепрессантом. Он мигом в бисквит впитался. Я отлично знала, что после приема лекарства шлюху потянет в сон, она пойдет домой, захочет пить, возьмет бутылку… Да! Я все это продумала и сделала.
– Сейчас тебя сожрем!
Ужас! Когда же я план свой придумывала, спросила у Кати:
– Как вы сумели на Хеллоуин голоса изменить?
Она развеселилась.
– В интернете продается фигня, называется «Болтай, как хочешь». Выпьешь ампулу и хрипишь минут тридцать-сорок.
И я купила пару ампул. Вот про блистеры не подумала.
– Но все пошло не так, как вы задумывали, – пробормотал Сеня, – торт съела Светлана, ей стало дурно…
Ольга Гавриловна опять заплакала.
– А Елена никуда не делась. У меня никогда не будет котят!
– Мама! – воскликнул Федор.
– Федя, подожди, – попросила Лена, встала, подошла к Кате и спросила: – Ты поняла, что из-за необъяснимой ненависти ко мне отравила свою мать?
Катя вскинула брови, открыла рот.
– Тетя, ты о чем? Таблетки засунула в минералку бабка!
Елена расхохоталась.
– Да. Но вода готовилась для меня, а ты ее унесла и поставила матери на тумбочку… Убийца ты. Спасибо, что спасла меня.
Катя замерла.