Мои пассажиры явно не на стороне королевы, а с лузерами мне не по пути.
Под холмом было темно, поэтому англичане как бы растворились в ночи. Какое-то время я еще слышал их тяжелые шаги и негромкие чертыхания. Подниматься на холм с сундуками, баулами и оружием — не самая приятная прогулка.
Я положил пистолет на полочку и сказал Маартену Гигенгаку:
— Сделай по бутерброду с сыром и налей вина.
Надо отогнать сон. Здесь не то место, где можно расслабиться. Только выйдя в море, я почувствую себя в безопасности.
Я уже доедал бутерброд, когда на вершине холма раздались громкие голоса, а потом выстрелы из пистолетов и аркебуз.
— Они побежали к реке! Догоните их! — приказал властный грубый голос.
— Зажигай фитиль, — приказал я своему матросу.
Маартен Гигенгак нырнул в каюту, где горела масляная лампа со стеклянным колпаком. Я тем временем направил ствол карронады на склон холма, по которому бежало много людей, больше четырех. Отсечем преследователей, заберем своих пассажиров и повезем в другое место.
Он оказался на причальчике первым. Мистер Бетсон и Ричард бежали за ним. Тяжело дыша, они остановились перед иолом. Молодой человек тащил малый сундук, остальные несли аркебузы. Большой сундук и слуга Джон, который его нес, как понимаю, попали в руки врагам.
— За нами гонятся! — подрагивающим от страха голосом сказал милорд.
Оказывается, он способен чувствовать!
— Уже догадался, — шутливо сказал я и предложил им: — Спускайтесь в трюм.
— Мы лучше наверху побудем, — отказался милорд. — Отплывайте быстрее!
— Успеем, — произнес я и приказал Маартену Гигенгаку: — Поджигай."
"Карронада рявкнула звонко и громко. Меня будто двумя ладошками хлопнули по ушам, отчего в обоих зазвенело. Пламя вырвалось из ствола и на мгновение осветило сбегающих по склону солдат. Что с ними сделала картечь, мы не увидели, но услышали. Заорали сразу несколько человек. Один выл протяжно и долго. Где-то совсем рядом кто-то тихо стонал, и с каждым разом звук становился все тише.