Я правильно понимаю, ты передумала увольняться?
Вова, как обычно, строг и сух. Интересно, он думал обо мне вчера после работы? Ну хоть чуточку?
— Да, я решила остаться в «Олимпе». Мне нужен отпуск на эти даты.
Вова снова смотрит в заявление.
— С десятого по двадцатое декабря.
— Да.
Качает головой.
— Я не могу дать тебе отпуск в это время. Пятнадцатого декабря у нас сдача нового ЖК. Нужно достойно осветить это в прессе.
Зависаю на бесконечно долгое мгновение.
— Мои подчиненные с этим справятся. Я дам им все необходимые распоряжения.
"— Ты пиар-директор, Яна, — замечает мягко, но с ноткой строгости. — Ты должна лично контролировать такие вещи.
— То есть, теперь мой отпуск снова должен зависеть от тебя, я правильно понимаю? — в моем голосе прорезалась злость.
Когда мы были женаты, мой отдых был только тогда, когда мог взять отпуск Вова. Сейчас я понимаю, что следовало брать отпуск, когда мне хотелось, и ездить везде без мужа. Но в браке мне даже мысли такие не приходили. Мне казалось, что муж и жена должны отдыхать только вместе.
— Неправильная постановка вопроса. Твой отпуск зависит не от меня, а от загруженности на работе. Конец декабря — очень загруженный период.
— У нас теперь все 365 дней в году будут загруженными, потому что ты трудоголик до мозга костей. Что теперь, всему «Олимпу» не отдыхать из-за тебя? Мне нужен отпуск на эти даты, — категорично заявляю.
— А куда ты собралась? — прищуривается.
Ооо, это у Вовы любимое. Когда я обижалась, что он не берет отпуск, Вова говорил, что в России очень много праздников и выходных, и этих дней более чем достаточно для отдыха.
— У меня уже куплены билеты на эти даты в декабре, — вру. Мы с Дашей еще не покупали. — Билеты невозвратные.
— А куда ты едешь?
— В Аргентину.
— Куда!?
— В Аргентину, — повторяю громче.
— Зачем? — изумляется.
— В отпуск.
— Зачем?
— Отдыхать.
Бывший муж прищуривается.
— И с кем же ты едешь отдыхать в Аргентину?
Я уже было открываю рот сказать, что с Дашкой, которую Вова прекрасно знает, но вовремя прикусываю язык. Молчу. Бывший муж все еще глядит на меня с прищуром. Что это? Праздное любопытство? Ревность?
При мысли о том, что Вова может меня ревновать, в крови начинает играть адреналин.
— Почему ты спрашиваешь?
— Просто интересно.
— Это не твое дело, — вздергиваю подбородок.