— Но больше не надо их присылать, пожалуйста.
Он обидел ее тем, что заказал доставку? Но как на это можно обидеться?
Решил быть с ней честным, и будь что будет.
— Ань, все, что я хотел, — это как-то загладить ситуацию, — начал он хриплым голосом. — Позаботиться о тебе и о Лейле. Я поэтому предложил забрать ее и пожить вместе. Правда хотел вам добра…
— О, я помню твое доброе предложение, Тигран! — вдруг резко прервала она его. — Ты хотел забрать нас к себе, пока я не вылечусь от придуманной Саркисом болезни.
— Аня, ну зачем все так резко воспринимать? — спросил он с надрывом. — Конечно вы никакие не щенки! Я не собирался потом вас вышвыривать!
Она ощетинилась, прищурила глаза и снова начала возмущаться:
— Ты так и сказал: последишь за Лейлой, пока я не вылечусь… А о ребенке ты подумал? О ее чувствах…
— Я о ней в первую очередь думал! — повысил он голос. — Так… мне вся эта болтология надоела.
Он сделал шаг к ней, а жена, наоборот, отступила к чуть приоткрытой двери, еще больше напряглась.
— Я не хочу с тобой мириться! — резанула его по самому больному.
— Почему не хочешь?! — тут же взревел он.
— Я не собираюсь становиться твоей любовницей! — затрясла она кулаками. — Если это твоя цель, зря стараешься!
Тиграна смертельно обидело то, с каким пренебрежением Аня сказала это. Будто сама мысль спать с ним ей омерзительна.
И вдруг в эту самую минуту ему вспомнился случай из далекого прошлого. В памяти всплыла ночь, когда лишил Аню невинности. Тогда он тоже предложил ей нечто с весьма размытой формулировкой — стать его женщиной. Переехать к нему и жить вместе. Что в этом плохого? Конечно, он не имел в виду, что будет делать из нее исключительно любовницу. Эта упрямица изначально была ему интересна на долгосрочную перспективу.
Это что же получается, по мнению Ани, он должен ей все моментально простить и принять как данность? Она считала, это так просто?
Вот одно слово — женщина… Ей или все или ничего.