Неужели она и правда ожидала, что он примет ее обратно без всяких условий?
Впрочем, если вдуматься, — это именно то, чего он хотел. Аню с Лейлой обратно и навсегда. А его обида… Потихоньку простится, забудется. Главное, чтобы семья была рядом. Сейчас ему больше ничего не нужно. Он физически не мог находиться дома без них.
— Пожалуйста, уходи, Тигран! — услышал он настойчивый возглас жены.
— Не уйду, — покачал головой. — Ань, я никогда не хотел видеть тебя только любовницей.
— Тогда к чему было твое предложение?
— Забудь! — пробурчал он, насупившись, потом постарался придать лицу приветливости и продолжил мягким тоном: — Анечка, знаешь, как все будет? Ты сейчас пойдешь, переоденешься, заберешь Лейлу, и мы поедем домой.
Нормальное же предложение сделал. Без всяких там оговорок, обидных слов. Но Аня почему-то все равно надулась и запыхтела:
— На сколько? Неделю? Две? Или до первого скандала? А потом ты нас пинком?
— Не говори глупостей, Аня. Навсегда. И я обещаю, что больше никогда вас не выгоню.
— Что ночью? — нахмурилась она.
— Ночью я буду тебя прощать. Долго и сладко. Как тебе такой план?
Готов был поклясться, она хотела согласиться. Он видел это в ее взгляде, в участившемся, напряженном дыхании.
Однако вместо согласия Аня в итоге скорчила кислую мину и зашипела:
— Ты двуличная свинья! Ты мне все время изменял… а меня за единственный раз поганой метлой ночью в никуда… Да после этого мне не нужно твое прощение, слышишь?! И никуда я с тобой не поеду! Я тебе больше не верю!
Тигран опешил.
— Ты не поняла, что я только что предложил? — спросил он, нахмурив брови.
— О, я все поняла, — хмыкнула Аня. — Позавчера я все про тебя поняла!
— Зачем ты просила прощения, если не чувствуешь себя виноватой? — резко задышал он.
— Я просила, да, но ты не простил. Тогда ты говорил искренне, а теперь лишь хочешь, чтобы все было по-твоему. Хватит обезьянничать! Я ни единому твоему слову не верю. Уходи!
— Я не говорил, что никогда не прощу, Аня! Вот созрел попытаться. Давай попробуем…
— Ну и пробуй, — развела руками она. — Только без меня. Мне твое прощение больше не нужно."
"Он, значит, навстречу ей шел, готов был начать все сначала, а жена только грубости несет.