И тут вдруг мама выдала, кивая в сторону Лейлы:
— Неужели это добро твоему мужу не нужно? Да какая разница, какая у девочки ДНК? Чудо, а не ребенок. А муж твой дурак… Впрочем, я всегда говорила — дурак!
Аня поморщилась от ее слов. Уже успела поведать маме краткую версию случившегося, на что родительница лишь философски отметила: «Всякое в жизни бывает, это не повод выгонять жену из дома».
Мама тем временем продолжала свою глубокую мысль:
— В старости очнется твой Тигран, вспомнит про Лейлу, а некому будет даже стакан воды подать.
"— Мам, не надо при дочке, — покачала головой Аня, делая страшные глаза.
Боялась, что родительница наплюет на ее запрет, как та обычно и делала.
Но видимо, четыре года без общения не прошли даром. Мама тут же смолкла, улыбнулась совершенно незнакомой Ане улыбкой — немного испуганной, что ли. Даже виноватой! Будто и вправду боялась сделать или сказать что-то не то.
Такая ее реакция была для Ани очень удивительной, и в то же время приятной. В кои-то веки мама думала о ней, брала в расчет ее мнение, чувства.
Оказывается, это очень приятно, когда тебя слушают, слышат.
Душу грели слова, сказанные матерью еще там, в учительской: «Анечка, милая моя доченька, как я счастлива тебя видеть! Прости, пожалуйста, за то, что я тогда ушла!»
В тот момент Аня даже не поверила матери, подумала, что она шутит. Но та тут же начала всхлипывать, рассказывать: «В тот день я не думала, что ты правда уйдешь. Ожидала, что ты побежишь следом, но ты не побежала. Я слишком поздно поняла, что ты не вернешься, и стало мне очень горько, доченька.
Обе успели и поплакать, и посмеяться, прямо там, в учительской. Совсем позабыли про несчастного историка, который стал невольным свидетелем бурлящих эмоций. А когда вспомнили, мама на него шикнула и намекнула, что свидетели долго не живут. Сбежал со скоростью звука, а по дороге клялся, что об увиденном — ни-ни.
Потом Аня рассказала маме про внучку, и та завизжала от счастья.
Теперь, когда все вместе сидели у мамы дома за обеденным столом, уже даже не верилось, что не общались целых четыре года.
— Прописку сделаем, не вопрос, — шустро сменила тему родительница. — Приезжай, как будет возможность, сразу все решим. Я с паспортисткой договорюсь, занимаюсь алгеброй с ее двоечником, имею знакомство.
— Спасибо, мам, — улыбнулась Аня.