На пороге Тьмы

Нельзя оттягивать, я же говорила, что у меня предчувствие просто…

– Да это понятно, я разве против? – сдал я на попятный. – Права ты, золотая моя, процентов на тыщу. Но вот одна проблемка – на личную жизнь времени как-то мало остается.

– А поконкретней можно? – усмехнулась она, обернувшись от шкафа, в который вешала новый полушубок, и посмотрев мне в глаза."

"– Конкретней? – удивился я вопросу. – Да пожалуйста! Под личной жизнью во внутрисемейных отношениях я понимаю ситуации, когда плюют на все дела и предаются телесной близости.

Что тут сложного?

– Да сложного уж точно ничего, – засмеялась она, после чего взглянула на часы: – Куда уж проще. В общем так: если мы уделим личной жизни ближайшую пару часов, то сумеем даже проголодаться и вечером посидеть где-нибудь в тепле и с музыкой. Выходной все же, имеем право.

* * *

– Основа того, что количество взлетов будет равно количеству посадок кроется, в основном, в предполетном осмотре, – учительским тоном говорила Настя, стоя перед учебным По-2, стоящим уже перед ангаром.

 – А это значит, что берешь такой планшет, какой у меня в руках, карандашик, и идешь по кругу, отмечая все, что ты уже осмотрел.

– А механик?

– Механик тоже осмотрел, но это не значит, что тебе этого делать не надо, – ответила она. – Иногда этого сделать не успеваешь, во всем полагаешься на механика, но если есть время – всегда делай сам. Люди ошибаются, устают, отвлекаются – всякое бывает. А сесть на вынужденную у границы Тьмы, например, только потому, что у механика болела голова и он не мог сосредоточиться, будет обидно, согласен?

– Ну да, пожалуй, – кивнул я.

– Тогда начинаем с капота.

На осмотр у нас ушло около получаса. На нас не обращали внимания, все занимались своими делами. Механик Серега все это время скептически наблюдал за мной, но в процесс не вмешивался, ни словом, ни делом. Мы осматривали покрытие плоскостей, крепление винта, проворачивали его рукой, проверяя компрессию, открывали окошки в крыльях, заглядывая туда с фонарем, в общем, программа осмотра оказалась обширной.

Справившись с ней, полезли в кабины, закинув туда автомат с карабином как дань местной специфике, подключились к переговорной системе, воткнув штекеры шлемофонов.

– Теперь запуск, – послышался в наушниках голос Насти. – Начинай с маски, а то лицо обморозишь даже сейчас. Дальше… мотор у нас холодный, так что процедура запуска долгая и Серега будет помогать. Сектор дросселя ставишь в положение от четырехсот до шестисот оборотов. Давай, я отсюда смотрю.