– Сам сначала на мордашку смотришь да на ножки, чтобы от зубов росли… Видел я твоих душевных телок…
– А может, до меня только сейчас доходить стало?.. Лично я на такой, как Виола, не женюсь…
– А тебе никто и не предлагает.
– Да ты ее и самому себе не предлагаешь… Тебе, братуха, такая, как Оксана, нужна…
– А тебе?
– Мне тоже… Слушай, а чего это меня на лирику пробило, а? Сопли полезли… Старею, что ли, сентиментальным становлюсь, да?
– Ага, совсем старый. Да на тебе пахать надо!
– Так я про то и говорю, старый конь борозды не портит…
– А такой, как ты, еще и пашет глубоко.
– М-да, вспахать бы кого-нибудь, а?
– Что, кончилась лирика?
– Кончилась… Мы же с тобой в джунглях живем, а там все на инстинктах…
– Инстинкт самца прорезается?
– Угадал… Слушай, может, гульнем, а? Душа праздника просит…
Игнат и сам бы с удовольствием нырнул в море пьянства и разврата… Но Лева что-то там про джунгли сказал. Это он верно про инстинкты заметил. Но ведь Игнат человек, а не обезьяна. Умом надо жить, а не инстинктами…
– Какой праздник? – покачал он головой.
Мартын был пешкой в их структуре. Был бы он живой, Игнат бы про него даже и не вспомнил. Но его нет. И он обязан чтить его память. Потому что он человек, а не крыса, которой плевать на своих сородичей…
– Да, ты прав, – согласился Лева. – Тогда давай вздрогнем за упокой его души!
– Вздрогнем. И по домам…
– Да не хочу я домой. Скучно там. И холодно.
– Что, не греют бабы?
– Не-а, не греют… Слушай, давай к тебе поедем, а? Оксанку твою подпряжем, пусть нам ужин приготовит…
– У меня повар есть.
– Да у повара казенные руки… Я хочу, чтобы Оксанка приготовила. Мне почему-то кажется, что у нее вкусно будет, по-домашнему…
– Ты не Лев, ты хитрый лис, – недовольно посмотрел на него Игнат.
– Оба-на! – развеселился Лева. – Ты что, ревнуешь?
Вряд ли он ревновал Оксану. Но ему не очень хотелось, чтобы она спуталась с Левой. Этот прохиндей может разбить ей сердце.
– Ну, если ты этого хочешь, поедем ко мне, – сказал Игнат.
– Хочу.
– Тогда я звоню Оксане…
Она жила у него уже две недели. И ни разу за это время Игнат не звонил ей. Она ж ему не жена. Хотя и не прислуга…
Оксана очень удивилась, когда услышала его голос.
– Игнат Алексеевич, что-то случилось?
Он угадал в ее голосе какое-то тревожное волнение.