– Ну не ждать же мне, пока он меня изнасилует!
– Пусть только попробует… Я вот думаю, ты вроде бы замужем, а в ресторан со мной поехать согласилась. Хочешь, чтобы я помог тебе разобраться в этой истории?
– А ты можешь? – с надеждой посмотрела на него Настя.
– Могу. Если захочу… А я очень хочу тебе помочь. И помогу… А ты точно на развод подала?
– Да, а что?
– Что ж, считай, что бракоразводный процесс начался…
Настя жила в старой, обшарпанной пятиэтажке в Марьино. Район далеко не самый престижный, «хрущовка», да еще окна выходят на железнодорожные пути.
Настин муж был дома. Лева еще из прихожей услышал его голос.
– Настька, ты!
– Я, – ответила она.
В прихожей было темно. Поэтому вышедший с кухни Сашка не увидел стоявшего у дверей Леву. Он видел только Настю.
– Дура, бля, где тебя черти носили?
Высокий, худой как жердь – такого соплей перешибешь. Еще и понты колотит. А понты-то помойные…
– Тебе не все равно? – с вызовом сказала Настя.
– Гена, Ген! – обращаясь к невидимому пока дружку, крикнул альфонс. – Она говорит, что теперь твоя навеки…
– Дык зашибись! – послышался голос из кухни. – Пусть идет сюда!
– А может, в комнату давай. Мы ее на двоих поделим…
Сашка был пьян. Но это не оправдание для него. За свои мерзости он должен ответить. Благо, что есть кому спросить.
– Да можно и на двоих! Чур, я сзади!
И Гена ответит за гнилой базар.
– Не, мудила, ты будешь спереди. Тебя самого за дом поставят! – гаркнул Лева.
Сашку аж передернуло от неожиданности и удивления.
– Это кто там такой? – дрогнувшим голосом спросил он.
– Выездная комиссия… – включая свет, насмешливо сказал Лева.
Он вышел вперед, а Настю задвинул за спину.
– Какая комиссия?
– Судебная. Решать будем, разводить вас или нет?
Лева твердо решил развести козла. И не только в смысле бракоразводного процесса.
– Я уже решил. Ты и Настя уже не считаетесь мужем и женой… Урод ты. Гнилье помойное! Тебе только с жабами на болоте квакать…
– Нет, тут какой-то хам образовался! – истерично крикнул альфонс.
Прихожая в однокомнатной квартире была совсем маленькая. И Лева свободно мог дотянуться до Сашки рукой. Что он и сделал. Так, просто бросил кулак вперед. Хрясь. И урод барахтается на полу с раздавленным носом. А из кухни, переваливаясь через него, выползает здоровенный боров. Настя правильно заметила, что не лицо у него, а морда. Красная, глазастая, клыкастая. Выражение злое.