Он видел Яну раньше и может найти отличия между той девушкой, которая дубасила Камилкиного мужа у бассейна, и теперешней… леди. И потом… — Михаил откашливается и добавляет сурово. — Вас же никто в койку насильно не положит… Хочешь, действуй. Помочь могу только так. Остальные варики, зная Архипа, бессмысленны. Тогда проще сразу отказаться и прислушаться к Вадиму Ильичу…
— Я в любом случае еду, — заявляю упрямо. — Просто засомневался, стоит ли привлекать вашего Марка. Слишком фигура весомая…
— Если вступать в войну с Василиди, то лучше иметь перевес в силе.
— Война? Не думаю, — криво усмехается папа. — С чего ты взял?
— По сути, Архип ее уже начал. И если бы сейчас Никитос не рвался в бой, то вы бы искали какие-то выходы на Яну. Она бы вам звонила с левых номеров. В любом случае, это кончилось бы плохо, узнай Василиди.
Отец внимательно смотрит на своего успешного зятя. Вижу по движению головы, взгляду и складке губ, что такой поворот папане не нравится. Сам Агафонов вроде и ничего. И Дуську любит. И Нельку. Вот только говорит ерунду…
— Да я не подумал об этом как-то, — произносит отец недовольно. — Другие, может, и отступились бы. Вот только Яна нам не чужая. Я, правда, никогда бы и не догадался, кем нам могут приходиться близнецы… Спасибо, Никита, просветил! Но в любом случае, с Яной нужно поговорить…
— Как? — вздыхает мачеха.
Замечаю, как у отца и Ильи глаза вылезают из орбит.
— Какие дети? Янке сначала бы выздороветь… — шумно выдыхает брат.
«Начинается», — мысленно негодую я. Как обычно, в семье врачей принято обсуждать пациентов и их диагнозы.
— А зачем нужен еще один ребенок? — вскидывается Агафонов. — Что-то я не въезжаю…
— Никто пока не знает, — причитает Тонечка и добавляет тоскливо.
— Действительно, парадокс!
— Ладно, — останавливаю я этот базар. — Какие дальнейшие действия? Вам же с Марком как-то встретиться надо. Переговорить…
— Поедем на Красную, Дусь? — любовно глядит на мою сестру Агафонов. — Вы с Нелькой погуляете и воздухом подышите. А мы с Марком вопросы порешаем. Архипа вызовем. А наш Ромео в этот момент метнется кабанчиком в «Жемчуг».
— Тогда и мы поедем, — тут же решает Илья. — С одной стороны, конспирация.