Значит, таковы минусы комфортной езды? Угроза стать инвалидом? Становится неприятно, и даже страх быть уличенной в связи с Борисом отходит на второй план. Матери Лены достаточно было выразить мне свое сожаление.
— Нужно идти, — я неопределенно киваю в сторону. — Хорошего дня.
Ответной вежливости не получаю, потому что все внимание матери Лены сосредоточилось на чем-то, находящемся у меня за спиной. Вернее, на ком-то. Обернувшись, я вижу приближающегося к нам Бориса.
— Закончила? — преспокойно осведомляется он, тронув меня за плечо.
Мне не нужно смотреть на Викторию Константиновну, чтобы убедиться, в какое изумление привела ее наша очередная совместная встреча.
— До свидания, — бормочу я, едва ли не бегом устремляясь в сторону Мерседеса.
Борис возвращается в машину спустя пару минут. Выглядит спокойным, разве что немного хмурится.
— Я понятия не имела, что мы можем здесь встретиться, — шепотом говорю я.
— Не стоит из-за этого переживать, — отзывается он и ласково сжимает мое колено.
— Я польщена, — с кокетливой улыбкой отвечаю я, решив в этот раз не слишком терзаться виной. В конце концов, Борис знает, что делает. — И какой он у нас план?
— У меня есть не больше часа, так что я просто отвезу тебя домой и, возможно, выпью кофе.
—————
— Я хочу спросить одну вещь… — робко говорю я, макая пакетик в чашку с кипятком. — Но пообещай, что ответишь честно.
На лице Бориса появляется усмешка, но взгляд остается серьезным.
— Я ведь однажды просил не пытаться меня подловить. Спрашивай. Врать я в любом случае не буду.
— Почему вы расстались… С Викторией Константиновной?
Выдохнув давно мучавший меня вопрос, я вглядываюсь в его лицо. Наверное, отчасти мне страшно увидеть в нем признаки боли, означавшие, что у Бориса все еще есть чувства к бывшей жене.
— У меня нет намерения это обсуждать, — твердо и немного холодно говорит он через паузу.
Я предполагала, что он так ответит, но все же… Разве близость между людьми не предполагает доверия? Я не хочу лезть к нему в душу, выпытывая подробности, но мне действительно хочется знать.
"— Это был простой вопрос, — тихо говорю я. — Ты знаешь обо мне практически все, а я о тебе ничего. Знаешь, почему так происходит? Потому что ты не подпускаешь меня к себе. И это меня мучает…
Я смотрю ему в глаза.