Вирс, до этого стоявший рядом со шкафом и смотревший на госпожу Фоуз, не оборачиваясь, коротко кивнул и пошел в атаку.
А я со стороны могла наблюдать, как выглядит допрос. Некромант сыпал вопросами, жесткими, частыми, хлесткими, как удары кнута. Он словно загонял ими женщину в угол: «Куда именно собирались отправиться в путешествие?», «С кем обсуждали детали поездки?», «Когда запланировали?», «Как быстро супруг скопил сумму?», «Квартира принадлежит вам или снимаете?», «Есть ли дети?», «А родственники в столице?» – и не давал на раздумье ни секунды.
Супруга артефактора даже не поняла, в какой именно момент стала отвечать автоматом.
Кажется, напарнику не нужно было никакой ментальной магии, чтобы довести человека до состояния, когда тот перестает себя контролировать.
Я же, встав поближе к кадке с фикусом, ждала нужного момента. И, увидев, как напарник, подав знак, коротко рубанул рукой, поняла: миг настал.
«Спроси, что она знает о работе мужа над проектом М–42? И почему его допуск отозвали из-за „личных обстоятельств“», – мысленно приказала я.
Потому что что-то мне подсказывало: этот М–42 вполне может быть нашим «Монолитом».
Супруга артефактора на миг растерялась, захлопала глазами.
– Я не п-п-представляю, о чем вы говорите, – произнесла она, чуть заикаясь. – Да, Гаррет над чем-то работал, но поскольку мы планировали поездку… Видимо, он решил заблаговременно предупредить начальника, чтобы его отпустили. Скорее всего, из-за этого с него и сняли ваш допуск.
«Демоны, демоны, демоны!» – про себя выругалась я.
Плевать.
Куда важнее, что, похоже, выходило прескверное: Фоуз сам добровольно исключил себя. Причем… Если он предупредил главного мастера, то… Я принялась считать.
Так. Даже если запись в личном деле сделали вчера, то приказ должен был выйти в день покушения на меня. А чтобы его издать, зная нашу неторопливую канцелярию, нужен еще день.
Фоуз предупредил начальство днем, а вечером как ни в чем не бывало отправил целую стопку секретной документации? Сомневаюсь… Если он сообщил гранд-мастеру о том, что собирается ехать в отпуск и с него нужно снять допуск по текущему проекту, то шеф даже до подписания приказа сразу же отрубил бы артефактору доступ к проекту. А это значило, что Фоуз скорее жертва, чем преступник.
Но смущало это «скорее», мне хотелось «наверняка».