Уж они-то знали, как очаровывать.
Первым делом я отклонилась назад. Уперлась локтями в камень и практически легла на постамент. Тьер улыбнулся, решив, что вот она – победа, я капитулировала. Не дождетесь, ваше высочество! С упырями, вурдалаком и вампалами я как-то справилась, совладаю и с вами.
Я облизнула губы. Уж я постаралась – медленно провела языком по нижней губе, оставив на ней влажный след. Казалось бы, мелочь, но на Тьера подействовало и еще как. Он судорожно сглотнул и потянул горловину рубахи, словно та его душила.
Следом я, переместив упор на одну руку, второй подцепила юбку и медленно потянула ее вверх, оголяя частично ноги.
Тьер напряженно следил за движением ткани по моей лодыжке, словно он ничего интереснее в жизни не видел. Я подтянула юбку до колен и остановилась. Все, с него достаточно. Если он рассчитывал на что-то большее, то пусть закатает губу.
Настал момент финального штриха. Последнего действия, но не по важности. Я приподнялась, возвращаясь в вертикальное положение, снова прижалась к мужскому торсу.
И вот тогда я прошептала в его приоткрытые для поцелуя губы:
– Кто и за что проклял замок со всеми его жителями?
Представьте, что вы плеснули ведро ледяной воды на раскаленную печку. Брызги, шипение, дым. Тьер был той самой печкой, а мои слова окатили его ушатом воды за шиворот. Он аж вздрогнул, а затем попятился от меня.
– Эй, – я ухватила его за рубашку, – куда же ты? Мы только начали!
Тьер дернулся назад и вырвался.
– Знаешь, – хрипло произнес он, – я вспомнил, что до коронации не имею права на близость с каменной девой. Тебе повезло.
Серьезно? Это мне повезло? Да это он же бежит от меня, как черт от ладана! Хорошо, пусть не от меня, а от заданного мною вопроса, но сути это не меняет – Тьер смылся.
Сначала приставал с поцелуями, после чего бросил меня одну в склепе. Так себе из него джентльмен.
Получив свободу, я спрыгнула с постамента.
Что ж, наша маленькая игра помогла прояснить две вещи – хорошую и плохую. Хорошая новость состоит в том, что, по крайней мере, на какое-то время я – неприкосновенна. До коронации можно не волноваться, что Тьер ночью проберется в мою спальню и потребует супружеский долг.
Но есть и плохая – проклятие. Кто бы ни сотворил такое с Северным замком, Тьер все еще боится говорить о нем.