— Натаниель, ты еще не сказал нам, считаешь ли ты пережитое Эллен делом реальным или же это… нечто потустороннее? — спросил Рикард.
Эллен с нетерпением ждала ответа, смертельно боясь в то же время услышать его.
Натаниель, которого она мысленно называла «богоподобным», сама не подозревая о том, как она близка к истине, долго обдумывал ответ и наконец сказал:
— Мне самому хотелось бы ответить на этот вопрос. Но все так запутанно. Передо мной такой конгломерат впечатлений, что я никак не могу уловить сути.
— Значит, здесь что-то произошло?
— Вне всяких сомнений.
— Ты видишь, что находится за этой дверью? — спросил уполномоченный по криминальным делам.
Опершись руками о колени, Натаниель беспокойно уставился в потолок.
— Я видел маленькую комнату. Тесную и темную. Стены обшиты бревнами, крест-накрест, без всякой фанеры. Я увидел еще кое-что непонятное, совершенно неуместное здесь.
— Как это выглядело?
— Большое, круглое… Этих предметов там было много. Я не понял, что это такое.
Натаниель все больше и больше пугал Эллен.
— Что-нибудь еще?
— Н… нет.
В его ответе прозвучала неуверенность, при этом он бросил торопливый взгляд на Эллен. Рикард больше не задавал вопросов. Он хорошо знал своего родственника.
Проезжавший мимо грузовик нарушил тишину, и снова стало тихо.
— Скажи мне, — осторожно сказала Эллен сидящему рядом Натаниелю.
Вместо того, чтобы ответить, он спросил:
— Который час?
— Полночь.
— В какое время ты слышала вчера ночью шаги?
— Это было позже, я точно не знаю.
— Она прибежала ко мне в часов пять утра, — пояснил ленсман.
— Тогда подождем.
— Но что мне нужно делать? — боязливо спросила Эллен.
— Тебе ничего не нужно делать! — раздраженно ответил Натаниель. — Неужели ты ничего не понимаешь? Ты не поняла еще, что мне нужно выяснить, обладаешь ли ты одним совершенно необычным качеством, которое… Нет, считай, что я ничего не сказал, — с досадой добавил он.
Эллен кивнула. Она была просто несчастна оттого, что он разозлился на нее. Но она понимала его. А он искренне раскаивался в своих словах.