Они стояли перед фамильным склепом семейства Фрай.
8
Эллен с тоской смотрела на дверь склепа. Она вспомнила молодого человека, посетившего ее. Линде-Лу. Вспомнила скорбь и страх в его добрых глазах. «Помоги моему подопечному, — говорили его глаза. — Я отвечаю за жизнь Натаниеля, но я не могу найти его. Это можешь сделать только ты. Прошу тебя, спаси его!»
Теперь Эллен сожалела о том, что не предложила этому бедно одетому юноше денег на дорогу, чтобы он смог поехать вместе с ней. Это бы успокоило и обрадовало его.
Повернувшись к одному из полицейских, инспектор сказал:
— Мастерсон, поезжай в имение и привези сюда кого-нибудь из Фраев.
— Вы хотите спросить у них разрешения, сэр?
— У меня нет времени спрашивать у кого-то разрешения, — сердито ответил инспектор. — Мне нужно найти трех человек и одну собаку, и я начинаю быть сторонником спиритизма!
Эллен не стала объяснять ему, что способности Натаниеля ничего общего не имеют со спиритизмом. Она переминалась с ноги на ногу от нетерпения, и полицейский, уходя, вздохнул — ему тоже хотелось быть здесь, когда откроют дверь.
Замок оказался очень солидным. Эллен похолодела от страха. Что, если они пришли слишком поздно? Что, если они пошли по ложному следу? Что, если ее контакт с Натаниелем был всего лишь самовнушением?
Отбросив замок в сторону, инспектор снял засов.
Дверь со скрежетом отворилась.
В нос им ударил неприятный запах. Эллен старалась не дышать, она узнала этот запах, он присутствовал в ее мысленном эксперименте.
О, нет, не смерти! Натаниель не должен умереть!
Внутри было совершенно темно, солнечный свет доходил только до порога. Полицейский, стоявший рядом с инспектором, зажег карманный фонарик и неохотно шагнул вперед.
Эллен, словно девочка, закрыла ладонями уши, не желая слышать их комментарии.
— Господи… — произнес полицейский.
Против своей воли Эллен убрала с ушей ладони и открыла глаза. Медленно переступив через порог, она вошла в тесное помещение.
Впрочем, оно было не таким уж и тесным, просто глаза не сразу привыкали к темноте. В глубоком склепе она увидела ряд гробов, старинных и совсем новых, стоявших в красивых нишах или на постаментах. В свете карманного фонарика она увидела даты захоронений, начиная с 1795 и кончая 1920 годом.