Она окинула меня встревоженным взглядом и побежала к лестнице, а я, дождавшись, пока она скроется из виду, незаметно выбралась из дома и припустила к площади Аурвайне.
***Ночь выдалась темной и безлунной. Шум и суета особняка герцогини остались далеко позади, и тишину пустынных улиц нарушал лишь еле слышный шелест листвы, да негромкие жалобы сычей.
Я оперлась о стену одного из домов и с трудом перевела дух. Не знаю, сколько времени прошло с моего побега, но я успела домчаться почти до самых городских ворот.
Я потерла рукой правый бок, в котором под ребрами что-то неприятно кололо, и задумалась.
Я покосилась на огромные запертые ворота и темные окна караулки, и вздохнула. Крепостная стена была высокой, около восьми ро, и гладкой, как угольный пласт. Она угрюмо нависала над Алвер-штрассе и казалась совершенно непреодолимой.
"Что, если меня поймают? Что, если герцогиня уже обнаружила мое исчезновение и вызвала стражников?
Единый, нужно куда-то спрятаться! Мне бы только до утра дождаться, а потом… Если найти в толпе подходящую семью и пристроиться к ним, можно будет незаметно выскользнуть из города – Келд Пятак говорил, что утром, когда в город идут толпы торговцев и крестьян, стражники не так внимательны. А дальше нужно дойти до старой границы с Дартштейном, благо, та не так уж и далеко, и затеряться в одном из дартских городов.
Взгляд упал на узкий проход между двумя соседними домами, и в душе вспыхнула надежда. Неплохое местечко. Тут меня точно никто не заметит!
Я прислушалась, проскользнула по узкому «коридору», сделала еще несколько шагов и очутилась в небольшом изолированном дворике. Он был похож на пустой каменный колодец – такой же круглый и гулкий, и так же отдавал затхлой сыростью.