– Я три дня карабкался по склонам, чтобы собрать эти цветы…
– Что?! Да за два серебряных, я найму дюжину парней, что принесут мне не меньше мешка слез террианы, – возмутилась Амели. Я же невольно улыбнулась, наблюдая за дочерью – когда дело касалось редких трав, она становилась такой же упрямой, как её старшая сестра. Лорен тем временем уже примеряла изящный кинжал, одобрительно кивая словам Говарда о балансе клинка. Рут и Тина тоже не теряли времени даром – они уже нагрузились корзинами с овощами и фруктами, а теперь придирчиво выбирали окорок у румяного мясника.
"– Дерт, ты только взгляните на эту парчу! – раздался прямо над головой визгливый голос длинной как жердь особы, что указывала такому же высокому и тощему мужчине на роскошный отрез ткани, чей глубокий синий цвет напоминал море в час заката. По краю ткани серебряной нитью были вытканы морские коньки и диковинные рыбы, а в центре переплетались волны и звезды, образуя затейливый узор, который, казалось, двигался при каждом движении ткани.
– Прямиком из-за Лазурного моря, благородная госпожа! – тотчас произнес купец, статный мужчина в богатом камзоле, с массивной серебряной цепью гильдии торговцев, заметив их интерес. – Соткана в священном месяце Морской Девы, когда прилив приносит к берегам жемчужную пену. Только взгляните, как искусно вытканы узоры – каждая нить заговорена на удачу! А как чудесно переливается на солнце… Видите этот отблеск? Так сияет только настоящая морийская парча, в основу которой вплетены нити из сольфийских волос.
– И сколько просите за локоть? – поинтересовалась я, украдкой ощупывая кошель. Ткань была и правда чудесной, и мне хотелось порадовать дочерей новыми нарядами.
– Для вас, госпожа, особая цена – всего три золотых за локоть, – ответил купец, почтительно коснувшись серебряного амулета на груди, что означало клятву честного торговца.
– Два золотых, – твердо произнесла я, заметив краем глаза, как к нам через толпу пробираются Лорен и Говард.
– Но госпожа… – начал было торговец.