В следующем помещении обнаружились остатки складов – огромные деревянные лари для хранения семян, стеллажи для готовой продукции и даже небольшая контора с полуразвалившимся столом, на котором всё ещё лежали остатки гроссбухов, изъеденных мышами и покрытых плесенью.
Вернувшись в главный зал, я присела на край прогнившего верстака, доставая из кармана блокнот с потертой кожаной обложкой. Строения требовали серьёзного ремонта – новая кровля, замена окон и дверей, укрепление стен, покосившихся от времени и несущих на себе отпечатки многолетнего запустения.
Массивные каменные жернова, хоть и покрытые толстым слоем пыли, казались неподвластными времени. Огромные прессы из дуба, потемневшие от масла и лет, все еще выглядели внушительно, напоминая о былой славе этого места.
Прикинув примерные расходы, я пришла к неутешительному выводу – на полное восстановление всех трёх зданий наших средств не хватит. Цифры в блокноте складывались в суммы, от которых кружилась голова. Но, возможно, удастся начать с одного пресса? Восстановить центральное здание, привести в порядок один механизм, нанять нескольких работников… И по мере получения прибыли постепенно расширять производство…
– Масштаб впечатляет, – прервал мои мысли Говард, замерев в центре зала.
– Жаль, что никто не продолжил его дело, столько трудов было вложено, – произнесла, невольно вспомнив о красильнях в Лавании. В душе тотчас кольнуло острое сожаление о потерянном деле и раздражение от мысли, что наши враги сейчас, возможно, наслаждаются плодами моего труда.
– Госпожа, возвращаемся в поместье?
– Да, – кивнула я, бросив последний взгляд на молчаливые механизмы. – Еще успеем все подробней осмотреть."
"На выходе моё внимание привлекла полустёртая надпись над дверью, почти неразличимая под слоем грязи и мха.