"Неудержимый. Книга XXXV
Глава 1
— Чжулонг! Мерзавец! — пронеслось по залу, когда Офелия с грохотом распахнула двери, залитые багровым светом фонарей.
Внутри пахло перегретым маслом, перегаром и чем-то сладко-тяжёлым, напоминающим цветущий гниющий лотос. Из темноты послышались вздохи, хохот, и звон бокалов.
Офелия поморщилась. Как обычно этот урод залез в самое злачное место, которое только смог отыскать. «Восточное кольцо» — публичный дом, в который наведывались самые богатые и развратные аристократы Сингапура.
Офелия не хотела привлекать внимание, поэтому ворвалась в покои Хранителя, сверкая золотисто-бирюзовым нарядом, плотно обтягивающим формы. Длинный разрез от бедра и почти прозрачная ткань не оставляли пространства для фантазии — и Чжулонг, конечно же, всё это заметил. Его взгляд лениво прошёлся по ней сверху вниз, задержавшись на груди, бёдрах, ногах, словно он выбирал блюдо из меню. Девушка, сидевшая у него на коленях, вдруг напряглась, ощутив, как хозяин номера начал пускать слюни не на неё.
— Что ты сделал⁈ — взорвалась Офелия, резко шагнув к столику и с хрустом водяных кристаллов водрузив ножку прямиком на блюдо с закуской. Хрупкая посуда зазвенела, а вино выплеснулось на скатерть.
— О-о, вот это явление… — Чжулонг ухмыльнулся, прижимая к себе свою спутницу, как будто хотел продемонстрировать, кто здесь хозяин. — Всё такая же грозная, всё такая же прекрасная… А ты знаешь, Офелия, с таким прикидом тебе бы стоило работать здесь. Думаю, у тебя было бы много… поклонников.
— Не зли меня, — прошипела она. Глаза её полыхнули ледяным гневом. — Я пришла сюда не твои грязные шуточки слушать! Что ты задумал⁈
— Тсс, не пугай девочку, — он поцеловал жрицу любви в шею, и та попыталась улыбнуться, но вышло натянуто. — Не хочешь к нам присоединиться? Выпьем, расслабимся, а потом я, может, и расскажу тебе всё, что ты хочешь знать. Или покажу, если хорошо попросишь.
— Подонок! — Офелия стиснула зубы, и одним резким движением сломала стол пополам.
— Ах ты ж… — начал было Чжулонг, отряхивая шёлковые штаны, но Офелия уже стояла над ним, опасно нависнув. — Говори, что ты сделал. И быстро.
— Офелия, остынь, — отмахнулся он, но теперь уже не так вальяжно. — ты же знаешь, что мы, Хранители, не имеем права вредить живым… Ну, почти не имеем, — он подмигнул.