— Она дышит со мной одним воздухом, она страдает, когда расстается со мной даже на минуту, она…
— Ты купишь сегодня Александре лошадь, Дуглас? — спросила Синджен, передавая Тони лепешку. — Не смотри так на Тони, все равно здесь вам не удастся устроить драку. Я видела Тома О'Мэлли, он рассказал мне, как вы пришли к нему ночью, и про то, как ты за ней ухаживал. Ему ужасно понравилась кровать, которую ты ему прислал. Он говорит, что первый раз в жизни у него кровать длиннее его самого. А, вот и Холлис.
Холлис, его милость считает, что пора подавать кофе.
— Да, я и сам это вижу. — Холлис начал разливать кофе из серебряного кофейника.
— Ваша светлость будет пить кофе? — спросил он Александру.
Алике подпрыгнула. Ваша светлость! Она посмотрела на доброе лицо Холлиса:
— Спасибо, Холлис, лучше чай. К кофе я пока не привыкла.
— Мне кажется, юная леди, вы заняли не свое место!
— О, мама, — воскликнула Синджен, — мы не ожидали тебя увидеть, ведь еще так далеко до полудня.
Вдовствующая графиня Нортклифф возмущенно смотрела на невестку.
"— Помолчи, Синджен, если не хочешь просидеть в своей комнате до следующего Нового года. Я видела, как ты подстрекала ее. А что касается вас, то вы немедленно покинете это место.
Глава 16
Внезапное молчание повисло в комнате. Алике, ища поддержки, посмотрела на Дугласа. Он сидел очень прямо, держа вилку в правой руке и сохраняя полнейшую невозмутимость. Он слегка кивнул ей. Таким образом, ей предоставлялось действовать самой. Никто не собирается вмешиваться. Она проглотила кусок, повернулась к свекрови и, придав своему голосу как можно больше мягкости, заговорила:
— Вы, должно быть, знаете, что меня зовут Александра.
Вдовствующая графиня Нортклифф была не из тех людей, которых легко сломить, но в этой девочке чувствовалась стальная воля, и она сидела в ее кресле и, кажется, решила занять его навсегда. И ее сын не препятствует этому. Он не сделал ни малейшей попытки защитить свою мать.