Но окровавленные ноги жены и темное пятно на полу вряд ли когда-то забудет.
Какого черта?.. Злость снова всколыхнулась в груди Петра, опалив. Мужчина поднял руку и на эмоциях опустил рамку вниз, плотно сжав зубы. После чего провел ладонью по лицу.
Спать надо.
Завтра ему предстоит завтрак в обществе блондиночки.
Петр направился в смежную комнату. Принять душ — не помешает. И всё. Тогда точно спать.
По давней привычке, прежде чем встать под душ, Петр отжался. Прямо на кафеле. Завтра в спортзал с утра сгоняет, три дня уже не занимался.
О чем он и не жалел.
Душ Петр принимал по старой привычке контрастный. Вышел из душа бодрый. Если организм не подведет, можно ещё документы посмотреть часок.
Основательно обтерев тело полотенцем, другим Петр обмотал бедра. Бельевой шкаф находился в спальне.
Думая о предстоящем учении, что будет проходить на территории другого государства, Петр вышел из ванной. Чтобы остановиться, сделав шаг в спальню.
Потому что у него была гостья.
Оля.
Непутевая блондиночка, которая, по его представлению, должна была крепко спать в кровати, а не шляться по дому в непотребном виде!
Вернее, как…
Вид у Оли был даже очень.
Но не в том контексте, в котором она его преподнесла.
Не только у Сереги была хорошо развита чуйка. У генерала она тоже отменно работала. Плюс он неплохо умел считывать людей. Эмоции, которые отображались на лице, в едва заметной мимике. Эта способность частенько ему пригождалась.
Так и сейчас.
Первое, что бросилось в глаза Громова, — напряженные губы девушки. И слишком широко распахнутые глаза. Взбудораженные. Возбужденные. И к сексу это возбуждение не имело никакого отношения.
Но стоило признать, что Оля выглядела крышесносно. Ему, как оголодавшему по женскому телу мужику, сорвало рычаги мгновенно.
Она пришла к нему в комнату почти обнаженной. С распущенными волосами, падающим на плечи белым каскадом. На теле — тонкая шелковая сорочка, поверх которой распахнутый халат.
Особенно соски…"
"Грудь у Оли была тяжелой, красивой. Полной. Он уже залипал на ней.
Помнил…
Сорочка прикрывала колени, приятно подчеркнув переход от тонкой талии девушки к крутым бедрам.
Её фигура создана для искушения.
И она знала… Поэтому и пришла.
Адреналин подскочил в крови Громова.