Самое смешное, что сын иногда остается у меня ночевать, но сегодня его не было.
— Умница, — улыбнулся Андрей и обнял Клару Николаевну за плечи. — Какая ж вы молодец! Не растерялись.
Клара Николаевна смутилась и чуть не расплакалась. И не понять было, что именно так ее растрогало: забота после пережитого стресса или сам факт признания того, что она поступила правильно.
— Будь я старше, я бы повелась, — доверилась нам она. — Взломщик-то вежливый. Но я еще пока в своем уме. Я же видела, что он пытался проникнуть в дом Бориса Семеновича.
— Как думаете, зачем? — спросила я.
— Чтобы узнать, нет ли у меня ключей от соседской двери, вот зачем.
Андрей медленно подошел к окну. Отодвинул край занавески, привстал на мысках, выглянул на улицу.
— Никого подозрительного не вижу, — сообщил он.
— Да, такое часто бывает в этой жизни, — согласилась я с Кларой Николаевной. — Соседи одалживают друг другу не только соль и сахар, а еще и просят полить цветы, выгулять собаку, пока их не будет дома.
— Мне кажется, — понизила голос Клара Николаевна, — этот человек знал, что Борис Семенович умер. Иначе бы не стал копаться в его замке. А так — знал, потому что не боялся.
— А что было после того, как вы отказались открыть ему дверь? — спросил Андрей, отходя от окна. — Он сразу ушел?
— Я ему про сына рассказала, — напомнила женщина. — А он мигом так в сторону подался. Но напоследок шарахнул по косяку ногой.
— Да что вы говорите… — заинтересовался Кузнецов. — По вашему косяку?
— По моему. И дверь моя, — объяснила ему соседка. — И ударил он очень сильно. Вот тут мне стало по-настоящему страшно. А потом я услышала его шаги. Быстрые шаги. Он побежал вниз по лестнице, а я сразу же позвонила вам.
— Камеры видеонаблюдения в подъезде установлены? — Кузнецов машинально обвел взглядом потолок. — Я их не заметил.
— Какие там камеры, — отвернулась Клара Николаевна. — Домофон-то постоянно сломан.
— Это да, — согласилась я. — С работающими домофонами в наше время дела обстоят паршиво.
Кларе Николаевне обязательно нужно было уделить время. Прежде всего в качестве благодарности за то, что сначала позвонила мне, а не сообщила в полицию о попытке взлома и проникновения в квартиру. Она запомнила, что я — частный детектив, а не сотрудник органов внутренних дел. Она прекрасно понимала разницу.
Мы решили задержаться, чтобы успокоить ее окончательно.