Но он ошибся: надо было и дальше мчаться без остановок, не связываться с Кэт. Нельзя превращаться в неподвижную мишень."
"Рогов наконец догнал свистящего гада и врезал топором в то же место. Там пластина уже раздроблена, но первым ударом дальше не продвинулся, лишь защиту снес.
А теперь продвинулся. Попал точно – не зря он столько деревьев свалил, тренируясь раз за разом бить в одно место.
Скорпион засвистел еще громче, рванул было прочь, но на пути встал Киря, с силой ударив длинным тяжелым копьем.
Хромая на все лапы сразу и пьяно виляя из стороны в сторону, скорпион неуверенно помчался к ближайшим скалам, быстро теряя скорость. До прежнего полета над красными песками ему теперь бесконечно далеко.
– Отбегался наш свистун! – хриплым, не своим голосом заорал Киря.
Рогов, чертыхаясь, вытащил бутылку, начал поливать рукоять – держать топор невозможно, опять раскалился. При этом не переставал сыпать приказами:
– Толик, хватай Грача – и бегом к границе! Надо вытащить его отсюда! Палач и Кэт, берите Мнардира и вырезайте камень из первого скорпиона!
– А что там вырезать? – спросила девушка. – Голову надо рубить, и все, так Мнардир говорил.
– Вот и вперед! Сусанин, все нормально?!
– Норма, но синяков он мне точно понаставил.
– Что там с Мазилой?! Ты как?!
– Похоже, руку сломал, – болезненно кривясь, ответил арбалетчик.
– Иди за Толиком и Грачом, ты тут такой не нужен. Сусанин, Киря, вы со мной. Надо быстрее догнать второго, он вроде у скал свалился. Нельзя его бросать: за ночь другие твари растащат – и плакал наш камешек.
Рогову больше всего на свете хотелось немедленно развернуться и с максимально возможной скоростью выбраться в нормальный мир. Нет сомнений, что остальные мечтают о том же.
Только бы не сгореть заживо: в ходе ожесточенной схватки защита сильно пострадала, от боли шипеть хочется.
Скорпион лишь в самом начале бегства проявлял хоть какую-то прыть. Дальше терял силы все больше и больше, за ним на песке оставался грязный след от высохшей белесой гадости, которая заменяла ему кровь.