– Да отзовитесь кто-нибудь, помрет ведь!
Заки не сразу заметил на лестнице девушку лет семнадцати. Девушка явно направлялась в квартиру к роженице.
– Где она?!
– В комнате там… Я ее положил на кровать. Она уже и кричать не может, – боюсь, помрет!
Зайдулла подумал, что теперь самое время смыться, но девушка неожиданно окликнула его:
– Молодой человек, вызовите перевозку, немедленно! Роддом тут недалеко, на Молчановке. А я пока с сестрой побуду.
Мулла нерешительно топтался у порога, мучительно соображая, как следует поступить.
– Ну что же вы стоите?! Скорее!
Заки Зайдулла всегда побаивался красивых девок. Было в их внешности что-то мистическое, бесовское, гипнотическое. Такие крутили мужиками с легкостью шулеров, тасующих крапленые карты. Не случайно во главе уголовных банд часто становились девки-красавицы, которым больше пристало бы учиться в институте благородных девиц, чем заправлять воровскими малинами.
Он огляделся. Тучи уже и след простыл. Магия бездонных глаз незнакомки была настолько велика, что Заки уже не мог убежать. Он отыскал нужный дом на Молчановке и приник к окошку приемного покоя:
– Баба рожает! Приезжайте быстрее, иначе помрет!
– Адрес! – строгая санитарка взяла ручку. Мулла заученно отчеканил название переулка и номер дома и квартиры, а потом рванул обратно в Сивцев Вражек и встал за углом дома.
Ждать пришлось недолго. Уже через несколько минут к подъезду подкатила машина «скорой помощи». Из глубины двора Мулла наблюдал за тем, как из задней дверцы вышли мужчина и женщина в белых халатах и поспешили к роженице.
Минут пять было тихо, а потом из дома выбежал врач и закричал оставшемуся за рулем шоферу:
– Рожает! На лестнице остановились, не донесем! Спирт давай, руки хоть ополоснем!
Взяв протянутую бутыль со спиртом, врач бегом вернулся в подъезд.
Зайдулла закурил. Вдруг он поймал себя на том, что волнуется за женщину, которую всего лишь час назад обокрал, и с нетерпением ждет, чем завершится вся эта история.
Шофер застыл у дверей, точно воин в дозоре, и отгонял всякого, кто желал проникнуть в дом:
– Обождите малость, баба там рожает на лестнице…
Жильцы недоуменно пожимали плечами – с каких это пор лестница превратилась в акушерскую? – однако ослушаться никто не смел.