И это тот паренек, который однажды настойчиво подбивал клинья ко мне в надежде, что «молодая училка» падет смертью храбрых перед его красотой? Да уж…но я оказалась не то, чтобы крепким орешком, я оказалась стальным канатом, который на тот момент уж очень сильно любил совершенно другой объект.
Надо сказать, он не заслуживал и толики хорошего отношения к себе, а я потратила несколько лет своей жизни в никуда. Но все это детали, конечно, даже не имей я тогда отношений, этому зеленому парнише не светило бы ничего, потому что я никогда…(и на этом слове спотыкаюсь, ведь теперь слово «никогда» точно нельзя применить к настоящей ситуации) не завела бы отношений со студентом.
Олеся Васильевна молча кивает, затем что-то тихо шепчет студентам, они тут же покидают кабинет, а после женщина кивает мне, указывая пальцем наверх. На кафедру. Ясно.
—Считаю вопрос решенным, — заявляю уверенно и четко, совсем не так, как ощущаю себя изнутри.
—Василиса Григорьевна, я с вами не закончил.
—А мне кажется, ты давно уже все закончил, Вячек, оставь девочку в покое, лучше поговорим вдвоем.
Олеся Васильевна была старшим товарищем «Вячека», как у нас принято говорить, ну или куратором на новом месте, и потому только она может тормозить это «чудо» на поворотах. Душа в пятки уходит, стоит мне только коснуться ручки и толкнуть дверь."
"В голове то и дело пролетают мысли, что там точно могут стоять Беловы.
Нет, у Рустама тоже есть эта особенность, но у отца она умножена на сто. Если не на тысячу. Иду по коридору и слышу его запах. Серьезно? Совсем с катушек свинтила, запах она слышит. Ненормальная! Сопли и слюни подбери, тебя из универа вышвырнуть из-за него могут, а ты о чем думаешь? Что совсем с сбрендила и что? Вот что? Целовалась с ним и полностью отдалась процессу? Серьезно?
Боже, мне даже подумать об этом страшно, вот так вот. Совсем ополоумела.