Рука у нее была толстой, твердой и почему-то покрасневшей – то ли от частого заламывания, то ли от частого мытья, даже не знаю.
– Пожалуйста, присаживайтесь.
Я взял стул с реечной спинкой и без особых удобств уселся.
– Кофе?
– Не откажусь. Со сливками.
Позади ее письменного стола стоял небольшой столик с электроплиткой. Она налила кофе в кружку и подала мне.
– Что-нибудь решили насчет обеда?
Перспектива смотреть на нее поверх стола еще целый час меня особо не вдохновляла. Дело было не в ее угловатой фигуре и не в ее суровом лице.
– Может, тогда просто перекусите?
Она придвинула мне поднос с сыром и крекерами, выглядя в роли гостеприимной хозяйки довольно неуклюже. Интересно, подумал я, с чего ее вдруг потянуло в пиар? Библиотечное дело казалось для нее более подходящим занятием. А потом мне пришло в голову, что пиарщик в Джедсоне наверняка сродни тому же библиотекарю – сидячая работа за столом с вырезками и почтой и совсем мало контактов с живыми людьми.
– Спасибо.
Я проголодался, а сыр оказался очень даже ничего.
– Итак. – Она обвела взглядом свой стол, нашла очки и надела их. За стеклами глаза ее стали больше и почему-то мягче. – В общем, вы хотите ощутить дух Джедсона.
– Совершенно верно – хочу его понюхать и попробовать на вкус.
– Это довольно уникальное место. Сама я из Висконсина – училась в Мэдисоне, вместе с еще сорока тысячами студентов.
– Типа как одна большая семья. – Я вытащил блокнот и ручку.
– Да. – При слове «семья» губы ее недовольно поджались. – Можно сказать и так.
Порывшись в бумагах, она принялась декламировать:"
"– Джедсон-колледж был основан Джосианом Т. Джедсоном, шотландским иммигрантом, нажившим состояние на шахтах и железных дорогах, в одна тысяча восемьсот пятьдесят восьмом году. За три года до того, как был основан Университет Вашингтона, так что на самом-то деле мы – старейшее высшее учебное заведение в городе.
– Я слышал, плата за обучение здесь довольно высокая.