Молодой человек, настоящий нектар для развития личности – это уединение. А у нашего Уилли Тоула никогда не было к нему вкуса.
– Почему вы так говорите?
– Не припомню ни одного случая, чтобы я видел его одного. Он якшался еще с двумя олухами с острова. Все трое расхаживали там, как маленькие диктаторы. Три Главы Государства, как называли их у них за спиной – претенциозные, надутые мальчишки. Уилли, Стю и Эдди.
– Стю и Эдди?
– Да, да, именно так я и сказал. Стюарт Хикл и Эдвин Хейден.
При упоминании этих имен я непроизвольно вздрогнул и старательно попытался придать своему лицу нейтральное выражение, надеясь, что старик не заметил моей реакции.
– …Хикл – хилый прыщавый нытик, самый среди них зашуганный – слова от него не услышишь, если оно не одобрено остальными двумя. Хейден тоже не лучше – подлый маленький проныра и подхалим. Я поймал его на списывании на экзамене, и он пытался подкупить меня, чтобы я не поставил двойку, предложив добыть мне какую-то индейскую проститутку якобы особо экзотических талантов – можете себе представить такую наглость, как будто я не могу сам о себе позаботиться в подобных делишках!
Он ненадолго примолк.
– Естественно, я поставил ему «неуд» и написал резкое письмо его родителям. Ответа не получил – без сомнения, они его даже не прочитали, отъехали проветриться куда-то в Европу. И знаете, что с ним стало?
– Нет, – соврал я.
– Он теперь судья в Лос-Анджелесе. Вообще-то, насколько я понимаю, все трое, знаменитые Главы, в итоге переехали в Эл-Эй. Хикл сейчас кто-то вроде фармацевта – хотел стать врачом, как Уилли, и, насколько мне известно, действительно поступил на медицинский факультет. А вот закончить мозгов не хватило… Судья! – повторил он. – И что это говорит о нашей юридической системе?
Информация лилась ручьем, и, словно бедняк, нежданно получивший большое наследство, я абсолютно не представлял, как ею распорядиться.
– Наверное, думаете, что я просто злобный старикашка? – просипел ван дер Грааф.
– Мне кажется, вы очень проницательны, профессор.
– Да ну? – Он хитро улыбнулся. – Так что, подбросить вам еще лакомых кусочков?
– Я знаю, что доктор Тоул потерял жену и ребенка несколько лет назад.