Говорит тебе это о чем-то?
Поначалу я опешила, что она так запросто сообщает мне свою фамилию, но затем…
— Трудел? Кароль Трудел? О, святые небеса! Ты — жена Гейджа Трудела?
Имя было довольно известным в вампирской среде — Гейдж Трудел являлся личным секретарем Его Сиятельства Константина Леоне, обладая достаточно высоким положением, и, разумеется, деньгами.
— Ага! — как ни в чем не бывало кивнула рыжая. — Все верно! У нас чудесная семья — две замечательные дочурки, и я очень сильно люблю своего мужа! Он ни в чем мне не отказывает, и вообще, самый чуткий, хороший, любящий и замечательный на свете!
— Но тогда зачем? — в страшном недоумении пробормотала я.
Моя картина мира рушилась на моих же глазах. Передо мной сидела жена уважаемого и, несомненно, весьма обеспеченного вампира, мать двоих его детей, и так запросто рассказывала о тонкостях соблазнения мужчин. Ей-то это зачем? Чего в жизни может не хватать ей, тем более, если она говорит, что любит мужа?
— Он не узнает, — глядя на меня своими завораживающими фиалковыми глазами, сказала рыжая.
Святые небеса, это просто не укладывается у меня в голове. Не укладывается — и все тут…
— Это passion, — проговорила Кароль, но значения этого слова я не знала. — Страсть. Знаешь, не позволяй я себе маленьких приключений на стороне, давно бы уже кони двинула от скучной жизни бюргерской женушки, примерной матери семейства! Ты полюбишь остроту этих ощущений, я уверена.
— Или когда тебя просто загоняют в угол, и у тебя нет другого выбора, — глядя в одну точку, негромко сказала я.
— Ну, знаешь ли, силком тебя тут никто не держит, — пожала плечами рыжая. — Если ты будешь корчить из себя страдалицу, и жалеть свою загубленную младую жизнь — ни к чему хорошему это не приведет, поверь.