Снежна помнила, как ледяные из Мечты привозили их мешками по поручению королевы Тёрн, и первой заботой новой королевы стало выдать серьгу каждому дракону.
Их носили долго, опасаясь снимать, но потом однажды кто-то решился, и чума не вернулась. За ним последовали другие, и теперь такие серьги уже почти не встретишь на виду, хотя каждый хранит свою в укромном месте, на всякий случай.
На случай, если Мракокрад ещё вернётся.
Сама Снежна сняла серьгу последней из ледяных и носила теперь с собой в мешочке на шее.
– У тебя всё в порядке? – шепнула на ухо Рысь.
– Да, как и всегда. – Снежна гордо изогнула шею и уложила крылья по-королевски.
Внезапно что-то ярко вспыхнуло у неё перед глазами, подобно молнии. Голова словно раскололась, и всё вокруг – посёлок, загон для воришек, королева Тёрн, Рысь и остальные – исчезло без следа.
Глава 13
Он ощущает дрожь в когтях. Они принадлежат ему и в то же время нет.
Его собственные когти никогда не стали бы ловить драконят в паутине и тащить в улей. Его голос не стал бы орать на перепуганных шелкопрядов, а лапы – угрожать им копьём. Откуда оно вообще взялось?
Как долго уже он не принадлежит себе? Дни мелькают один за другим, сливаясь в одну размытую полосу. Королева засела у него в голове, лапах и когтях – и это гораздо хуже, чем он представлял, когда думал о жалкой участи порабощённых Осой ядожалов.
Если отрешиться от внешнего мира, уйти в себя, тело будет действовать и без него, и тогда время исчезнет совсем, но сейчас он не может так сделать.
Бывшие школьные товарищи смотрят на него с ужасом. Они догадываются, что им управляет королева, ведь сам он на такое не способен.
Всё не так просто. Чтобы подчинять шелкопрядов, требуется новое, более сильное Дыхание зла, а драконы, способные ускорить его рост, сумели улизнуть.
Насколько Синю известно, ни Росянку, ни Сверчок пока разыскать не удалось.