Лоскуты зелёного пламени, на которые с опаской посматривали ближайшие гвардейцы, исчезли. Сама же царевна глядела на меня с изрядным недоумением.
— Как убиты? Когда? То есть они решили действовать везде, а не только у нас, франков и пруссаков?
С «везде», она пожалуй погорячилась, но Корея, судя по всему, входила в орбиту интересов ордена. Жаль, у меня сейчас не хватит ресурсов, чтобы плотно заняться и этой ситуацией. Если совместить армию Чосона с силами Абэ, Гендзи и Фудзивара, вышел бы мощный военный союз. Не очень друг друга любящий, это да.
— Пока только в Корее. И там я тоже выдвинул против них свою фигуру.
Дева, которая только расслабилась, снова впилась в меня разъярённым взглядом.
— Это ты так меня видишь? В качестве фигуры на доске?
Интересно, как она ведёт переговоры, если внутри неё столько ярости? Помнится, Бельский что-то там говорил о докторе. Пожалуй, стоит как-то аккуратно прояснить, что за диагноз он ей ставил. И какой профиль специализации у него был.
— Тебя я вижу в качестве драконицы, которая может спалить кого угодно в гневе. Но порой совсем не способна себя контролировать. Идём. Нужно допросить пленного. И я всё ещё намерен взглянуть на императора.
Смертная чуть замешкалась, но когда я прошёл мимо, уверенно направившись к распахнутым створкам входных дверей, что-то буркнула себе под нос и догнав, пристроилась рядом. Я же поймал на себе изумлённый взгляд гвардейца Рюриковичей. Пожалуй, на меня так не смотрели даже во время редких спусков к смертным в своём настоящем облике.
— Откуда у тебя вообще взялся корейский принц? Он же вроде просто пропал там где-то. Около Пусана, по-моему.
Я повернул голову к шагающей рядом принцессе и негромко кашлянул, постаравшись обозначить звуком иронию. Та удивлённо приподняла брови и медленно заговорила.
— Хочешь сказать, Дом Ли пытались взять Пусан?
Отрицательно качнув головой, я через Сандала посмотрел на Чернокрового из числа корейской делегации.
Вернее, противника не из числа Одарённых, он бы одолеть смог. Скорее всего и полсотни обычных солдат, тоже.