Распутин извинился передо мной, после чего проследовал за Меньшиковым. Тут, наверно, не стоило винить его за поспешность. Если я угадал с тем, куда именно их вызвали, а точнее, к кому, то медлить и правда не стоило. Можно и головы не сносить.
Особенно забавно мне было видеть, как минуту спустя секретарь Распутина извинялась передо мной, попутно вручив мне в руки чашку с запоздалым кофе, будто извиняясь.
Поблагодарив её, я вышел в коридор, глотнул кофе и задумался. Что делать дальше? Нет, дел-то полно, но за что взять в первую очередь? Ладно, сначала найду Князя.
С этими мыслями я направился по коридору в сторону лифтов. В этот раз уже в одиночестве. Ткнул пальцем в кнопку вызова лифта и стал ждать, попивая кофе… и вдруг понял, в какой глупой ситуации нахожусь. Стою посреди административного этажа с чашкой в руках и понятия не имею, что с ней делать, когда допью.
Так и думал, что с ней делать, пока двери лифта не открылись.
— Саша?
— О, привет, Насть…
От автора: Ребят, следующая глава будет завтра, так что долго ждать не придётся!
Глава 14
Привет. Привет. Может быть, кофе? Да у меня уже есть. Я ей даже чашку показал. А она такая: Ну я бы тоже себе взяла.
Это если опустить всю эту непонятную неловкость со стороны Анастасии и кратко описать наш немногословный диалог около лифтов, где мы с ней встретились. Вот так и вышло, что пару минут спустя мы сидели за столиком в кафетерии на третьем этаже клиники. Я со своей чашкой, полученной ещё в кабинете Распутина, и Настя с капучино, взятом прямо здесь, в кафетерии. Правда, прошло уже минут пять. Мой кофе успел остыть, а вот Лазарева к своему капучино так и не притронулась.
— Так значит, Артура привезли сюда? — спросил я, и Настя кивнула в ответ, так ничего и не ответив.
— Как он?
Сначала мне показалось, что мой вопрос улетел в пустоту. Наверное, кто-то другой на моем месте подумал бы, что сидящая напротив девушка просто проигнорировала его. Слишком уж холодным и отстранённым было выражение на лице Анастасии. Вот только мне даже Реликвия не нужна была для того, чтобы понять всю ошибочность подобного суждения.