Я мог бы вспомнить Яну Новикову, которая навзрыд рыдала от счастья в обнимку с сестрой и Мариной, когда мы стояли у выхода из зала суда, на котором её признали невиновной. Или Елизавету, поборовшую терзавшие её кошмары прошлого и выбравшую жизнь, вместо того чтобы сдаться под давлением тех ужасов, которые она пережила."
"Я мог бы вспомнить Елену, которая решила жить у меня в руках. Бывшую жену Потапова. Хозяев кофейни, счастливых от того, что они могли заниматься своим делом, или Руслана. Уткина или Гвинчидзе, сохранившего ресторан, ставший для него и его семьи чуть ли не фамильной ценностью.
Я мог бы вспомнить других людей, которым помог. Да хотя бы Громова, Софию или Василису и её деда. Всех этих людей. И у меня даже мысли не возникало, что они не стоили моей помощи. Я был рад, что смог сделать жизнь для них лучше.
И, похоже, выражение на моём лице оказалось достаточно красноречивым, чтобы сидящий напротив меня парень понял всю глупость своих попыток переубедить меня.
— Мда-а-а, — снова протянул он и покачал головой.
Сказав это, он поднялся из-за стола, но так и не оторвал от меня взгляда.
— Знаешь, Александр, — начал он. — Я действительно хотел бы, чтобы этот разговор прошёл иначе. Если честно, то идя сюда, на встречу с тобой, я рассчитывал, что найду в тебе нечто большее…
— Соучастника? — подсказал я, чем вызвал у него едкую ухмылку.
— Скорее, единомышленника, — поправил он.
— Что? Мы наконец-то перейдём к угрозам?
— Угрозам? — не понял Андрей. — Ты правда думаешь, что мне нужно угрожать тебе? Серьёзно? Александр, мне нет никакого резона так поступать. Зачем? Ты действительно считаешь, что мне нужно что-то делать для этого?
Чуть наклонившись ко мне, он продолжил, но в этот раз уже куда тише.
— Ты, видимо, не понимаешь.
Следующие его слова прозвучали ещё тише.