Только присутствие других самцов удерживает от моментальной расправы.
И почему я опять виновата? Сам выбрал. Сам нарядил. Теперь кипит от ярости. Мрачнеет сильнее с каждой прошедшей секундой.
Марат заталкивает меня в женский туалет. Тянет к свободной кабинке. Толкает дверцу ногой.
— Переодевайся, — бросает холодно.
— Здесь? — шумно сглатываю. — Во что?
— В сумке посмотри.
Никто не делает ему никакого замечания. Даже не пытается рот открыть и хоть пару фраз произнести. Хотя тут хватает женщин. Успеваю отметить как минимум семь фигур.
Однако никого как будто и не смущает столь внезапное вторжение мужчины в дамский туалет. Ни тени возмущения. Ни единого возмущенного возгласа. Словно происходящее ничем не выбивается из привычной рутины. Все воспринимается как должное.
Они с ума сошли?!
Дрожащими пальцами осматриваю содержимое своей сумки. Вероятно, Замира собрала самые необходимые вещи. Пара легких платьев, нижнее белье.
Я выполняю распоряжение своего тюремщика.
А может, стоит заорать? Попросить помощи?
Дурацкая идея.
По дороге обратно нас провожают неодобрительными взглядами. Точнее — меня. На Марата же взирают с неподдельным восхищением. А на меня как на какое-то недоразумение. Даже странно, почему нахожусь рядом с таким обалденным мужчиной.
Он может насиловать меня. Избивать. Убивать. Его никто не осудит. Каждый поступок будет принят и одобрен.
Альфа-самец.
Никто ему и слова против не скажет. То, что никому другому не спустят, ему простят в момент.
Я чувствую, как он действует на женщин, и это пугает.
* * *Стюардесса флиртует с Маратом. Мило и ненавязчиво. Можно было бы принять подобное поведение за особое расположение к пассажирам бизнес-класса. Однако остальные люди не вызывают у девушки такого интереса. Ни ухоженная дама в изысканной шляпке, ни пухлый крепыш с лоснящейся лысиной. Даже два высоченных молодых человека, явно известные спортсмены, оставляют ее равнодушной.
Я беру журнал и утыкаюсь в пестрые страницы, делаю вид, будто внимательно изучаю рекламу. Стараюсь не вникать в разговор.
— Могу ли я быть вам полезна? — воркует стюардесса, склоняется ниже, словно случайно нарушая допустимые границы. — Предложить что-нибудь еще? Только скажите. Любое пожелание будет тут же исполнено.
Впечатление, точно предлагает секс.